Ольшанский: Если вся экономика – это казино, то Интернет – это столы с высокими ставками

27.05.2011, 07:50
Ольшанский: Если вся экономика – это казино, то Интернет – это столы с высокими ставками - Фото
36656af3ba66556a4586df6ad30a21cb.jpg

Сейчас бизнес занимает гораздо больше времени, чем мне хотелось бы.. Когда за тобой кто-то бежит и дышит в спину, он всегда может скопировать твое ноу-хау. А вот скопировать путь из твоих решений у него не получится. Поэтому бежать за лидером – занятие бе

Ольшанский: Если вся экономика – это казино, то Интернет – это столы с высокими ставками
Руководитель инвестиционного холдинга "Internet Invest Group", соорганизатор и идеолог самой крупной Интернет-конференции Украины – "iForum" Александр Ольшанский уверен: когда за тобой кто-то бежит и дышит в спину, он всегда может скопировать твое ноу-хау. А вот скопировать путь из удачных 250 решений второй раз у него не получится. Поэтому бежать за лидером – занятие совершенно бесполезное, ведь видны только внешние, правильные решения, и нет понимания внутренней логики происходящего.

В беседе с журналистом BIZ.liga.net бизнесмен и Интернет-деятель рассказал о том, что проблема украинского IT рынка заключается в доминировании ресурсной экономики в умах финансовых экспертов и законодателей. Поэтому принимаемые ими решения по сути обрекают страну на то, чтобы оказаться в группе аутсайдеров, а не лидеров. В этом раскладе еще можно что-то изменить, хотя времени на эти изменения осталось не так уж много.

Сколько лет вам было, когда заработали свои первые деньги?

– Если говорить о совсем первых, то где-то в седьмом классе школы я устроил в школе лотерею (улыбается). А если более-менее серьезные деньги – это скорее лет в 20, как раз после армии.

Это был, если не ошибаюсь, 90-й год. Надо было зарабатывать, я только вернулся из армии, поступил в вуз, а стипендия была около 40 рублей. Начиналось все с торговли телефонами с определителями номеров, сначала возили из России телефоны, потом платы, комплектующие, здесь паяли платы и собирали. Это все называлось кооперативом, нас было несколько человек, при чем состав менялся в зависимости от коммерческих успехов. Так что в полной мере своим бизнесом назвать эту деятельность нельзя.

А это было где-то в то же время, когда вы знакомились с Дмитрием Кохманюком, Алексеем Масем, другими будущими известными украинскими Интернет-деятелями?

– С Кохманюком познакомился где-то в 91 году, когда в Украине еще никто не слышал ни о каком Интернете. Это было совершенно случайно, и не имело отношения ни к моей, ни к его деятельности. В Киеве в то время проводилась "Софтпанорама", организовывал ее некий Безруков, это была серия семинаров, посвященная компьютерным технологиям. Как сейчас помню, он там однажды читал доклад по АТА-командам модемов. Что такое модем, тогда знало очень мало людей, а уж про АТА-команды… Я с удовольствием послушал его доклад, там и познакомились. Каких-то деловых или приятельских отношений мы не поддерживали, но несколько раз случайно пересекались еще в доинтернетовский период.

Ольшанский: Если вся экономика – это казино, то Интернет – это столы с высокими ставками
С А. Масем я познакомился гораздо позже, где-то в 2006 году. Хотя в период моей работы в "IP-Telecome" (2000-2004 гг) Мась тоже там работал, и в каком-то смысле был моим подчиненным. Но лично мы знакомы не были.

Кого из своих партнеров, друзей или знакомых можете назвать учителем, у кого или где учились управлять бизнесом?

– Нигде не учился, руководствовался здравым смыслом. Когда я начинал, бизнес-литературы, кстати, тоже не было, ни по управлению рисками, ни по менеджменту, никакой. Хотя я считаю, что хорошая книжка начинающему предпринимателю может быть крайне полезна.

Ольшанский: Если вся экономика – это казино, то Интернет – это столы с высокими ставками
Был человек, которого в какой-то степени я могу назвать своим учителем. История была такая: где-то в 92-м году он уже имел большую, по тем меркам, торговую фирму, торговали они всем подряд, если помните, тогда это было основное занятие большинства наших бизнесменов. И я нанялся к нему работать на полгода на весьма странных условиях: без зарплаты, но с тем, что буду иметь доступ к любым переговорам, сидеть у него в кабинете, когда захочу и т.д. При этом я убедил его заняться торговлей компьютерами, она оказалась выгодной, и в результате, кроме опыта, полученного на этой работе, мне в подарок достался по тем временам очень современный компьютер.

Откуда возник интерес к Интернету?

– Интернетом я всегда интересовался, в той или иной степени, с того дня, как я узнал о его существовании. А было в 1996 году. И с Интернетом у меня связаны не только работа, но и много других событий в жизни. Могу даже сказать, что я перед Интернетом в большом долгу. Так, в 2003 году у меня очень серьезно заболел ребенок. Есть такая болезнь Пертеса (сустав бедра размягчается и потом отвердевает, при этом деформируясь, а человек превращается в инвалида). Методов ее лечения в то время было известно ровно два. Первый: заключить сустав в гипс на три года, второй – заменять сустав титановым и проделывать ту же операцию в течение всей жизни много раз, поскольку дети растут. А моему ребенку было всего 3 года. И оба способа, как вы понимаете, для ребенка чрезвычайно травматичны.

Я, естественно, бросился искать врачей - и у нас, и за границей. И это был чуть ли не первый и последний раз в моей жизни, когда я просмотрел поисковую выдачу "гугла" и "яндекса" до 300-какой-то там страницы. Понятно, что большая часть результатов приходилась на сайты всевозможных знахарей, из тех, что лечат все болезни куриным пометом. Но, где-то совсем в дебрях я таки нашел ссылку на автореферат диссертации, посвященный именно этой болезни, под авторством российского медика из Центрального института травматологии и ортопедии Москвы. Мы приехали с ребенком туда, и выяснилось, что целое отделение института уже давно занимается этой проблематикой, разработало свою хирургическую методику, и этот процесс давно поставлен на поток. Все лечение занимает максимум 3 месяца. Когда через несколько лет после операции в Москве ребенка посмотрел ортопед, он не поверил, что может быть такой результат лечения и предположил, что изначально был поставлен неправильный диагноз.

Заметьте, ни наши, ни зарубежные медики мне этого не посоветовали, зато об этом знал Интернет. Это наглядная история о том, как Интернет влияет на нашу жизнь.

Ольшанский: Если вся экономика – это казино, то Интернет – это столы с высокими ставками

А как начинался ваш Интернет-бизнес? Особенно, если вспомнить, что в свое время вы занимались провайдингом, а потом перешли к доменам и хостингу?

– Это известная история: в 1999 году я на частично заработанные, частично занятые средства основал компанию-провайдер "Digital Generation", затем, вместе с Евгением Уткиным (сейчас глава КМ "Core", ранее "Квазар-Микро" – прим.ред.) был создан провайдерский холдинг, в который вошли "Digital Generation", "IP-Telecom", "Relcom". В 2003 году после длинной и сложной корпоративной сделки по слияниям и поглощениям началась история с "Imena.UA" и "MiroHost". Тогда я полностью вышел из провайдерского бизнеса, "Digital Generation" отошел к " Optima Telecom", и при этом для меня, как бывшего менеджера, действовал запрет на провайдерскую деятельность в течение трех лет. И я вдруг решил заняться доменными именами и хостингом.

А почему вдруг? Где корни такой идеи?

– Странным решением это казалось только моему окружению. Я на тот момент уже занимался доменами в рамках Интернет ассоциации Украины (ИнАУ) и хорошо себе представлял, как это все устроено и работает. Мой новый холдинг был собран из трех частей, из трех разных компаний – собственно, "Imena.UA" мне продал Денис Олейников (сейчас руководитель Интернет-сервисов "ProstoPrint.com", "ProstoBook.com", "Futbolka.ua" – прим.ред.). На самом деле, эта история была не такой уж интересной, на тот момент и само слово "компания" было весьма условным, например, оборот "Imena.UA" составлял около $6 тыс. в месяц.

Ольшанский: Если вся экономика – это казино, то Интернет – это столы с высокими ставками
- Это мы говорим о каком периоде?

– Начало 2004-го.

Тогда все мои друзья, мое окружение, меня, очень мягко говоря, не поняли. Доменный бизнес казался тогда чем-то несерьезным, игрушечным.

Но у вас была уверенность, что в доменном рынке заложены большие возможности, откуда?

– Еще до "Digital Generation", до ИнАУ, я интересовался тем, как вообще устроена доменная система. Это необычная вещь – простое, но одновременно и гениальное изобретение. Я понимал: это настолько сильная идея, что она повлияет на очень много областей в нашей жизни, и даже сейчас этот процесс далеко не закончился. Я видел некоторые основополагающие вещи, которые свидетельствуют о том, что этот рынок будет расти.

Например, есть некий стандартный путь, каким человек приходит в сеть. Первое, что он осваивает: электронная почта, потом – поиск, потом социальные сети. Пользователь взрослеет, заводит свой профиль, блог. И вот, как вы думаете, через сколько лет он начнет задумываться о собственном домене?

Не знаю, года через два-три?

– Три-четыре, а то и пять лет. Когда пользователь осознает, что лично ему в сети ничего, кроме домена не принадлежит, что без домена он в сети несвободен, поскольку все время привязан к кому-то. Сеть очень быстро меняется, и этот процесс будет продолжаться. И чем быстрее будут появляться новые сервисы, тем важнее будет функция доменов – обеспечивать независимость пользователей.

Если говорить об Украине, то сейчас домены покупают люди, которые пришли в Интернет 4-5 лет назад. Я говорю о частных пользователях. А ведь, если подумать, 5 лет назад людей в украинском Интернете было не так много, а значит, те, кто пришел в Интернет сегодня, захотят купить себе домен где-то к 2015 году. Потенциал роста у этого рынка настолько сумасшедший, что подумать страшно, ведь Интернет-проникновение будет расти еще не один год. А мировая статистика говорит, что большую часть доменов приобретают частные лица.

Ольшанский: Если вся экономика – это казино, то Интернет – это столы с высокими ставками

В Украине пока не так? В основном, доменами интересуется бизнес?

– Я думаю, что уже так же, как в остальном мире. И чем дальше, тем больше будет устанавливаться именно такое соотношение. Потому что пользователей в Украине со временем будет около 35 млн., а предприятий – всего сотни тысяч.

Ваша компания сейчас имеет около трети доменного рынка Украины, есть какие-нибудь особенные секреты, как создать успешную компанию?

– Секретов никаких нет. Допустим, у вас есть компания и 5 лет ее развития. 5 лет – это 250 недель, за которые в среднем раз в неделю вы принимаете какое-то важное решение. Итого, 250 решений.

Нет никакого особенного решения, которое сделало из "Imena.ua" лидера рынка, никакого ноу-хау. Просто в среднем количество хороших решений намного превосходит количество решений неудачных. Это очень сильная позиция, и я объясню, почему.

Когда за тобой кто-то бежит и дышит в спину, он всегда может скопировать твое ноу-хау. А вот скопировать путь из 250 решений второй раз у него не получится. Поэтому я всегда считал, что бежать за лидером – занятие совершенно бесполезное, ведь видны только внешние, правильные решения, и нет понимания внутренней логики происходящего. Мы, когда начинаем новые проекты, стараемся не бежать за лидером.

IT-бизнес имеет в этом контексте какую-то специфику, как-то отличается?

– Отличается, здесь все быстрее. Но, с другой стороны, если смотреть глобальнее, все бизнесы в первую очередь зависят от управления рисками, даже если это дело на уровне одного ларька.

В Интернет-бизнесе с рисками вообще все не так, как в других отраслях. Если вся экономика – это казино, то Интернет – это столы с высокими ставками: можно очень много выиграть, а можно сразу проиграть все. Хотя если брать в среднем, Интернет может быть менее доходен, чем обычный бизнес. Но те, кто выигрывает, выигрывают сразу очень много. Поэтому управление рисками здесь – основа всего, самый главный фактор. В том числе, это связано с масштабируемостью: если вам удалось в Интернете сделать что-то лучше, чем у остальных, оно способно мгновенно масштабироваться до колоссальных, всемирных объемов. За примерами далеко ходить не надо.

Ольшанский: Если вся экономика – это казино, то Интернет – это столы с высокими ставками
И второе очень важное отличие Интернета: как заметил один мой друг, здесь, как и в любой нересурсной, технологичной отрасли, фактически реализована мечта коммунистов. Ведь средства производства находятся в головах, то есть в безраздельной собственности самих работников.

Если говорить об Интернете, как о зоне повышенного риска, можно ли говорить, что для украинских реалий Интернет-бизнеса фактором риска является бурно меняющееся законодательство?

– Непредсказуемость, а иногда и вредность норм украинского законодательства – это уже даже не фактор риска, это уже постоянная величина. Например, последние изменения, которыми все услуги по информатизации опять облагаются НДС.

На сегодня в мире четко выделилась группа стран, торгующая интеллектуальным продуктом, то есть, фактически, воздухом. Это США, Япония, Индия, список можно продолжать… В этих странах по чудесному совпадению НДСа нет. НДС – это самая большая диверсия мировой экономики, которую можно было придумать, этот налог достаточно новый, появился где-то в 70-х. На бумаге он выглядит математически очень понятным, но его последствия для экономики нересурсного типа были малоизучены.

Проблема Украины заключается в том, что большая часть финансовых экспертов и законодателей получили образование тогда, когда в мире доминировала ресурсная экономика. Поэтому принимаемые ими решения

по сути обрекают страну на то, чтобы оказаться в группе аутсайдеров, а не лидеров... Впрочем, еще можно что-то изменить в этом раскладе. Но времени на эти изменения остается не так уж много — пару лет.

Ольшанский: Если вся экономика – это казино, то Интернет – это столы с высокими ставками

А есть у вас что-то вроде золотых правил менеджера?

– Я плохой менеджер. И управленец я плохой (улыбается). Хороших управленцев я стараюсь нанимать. Я скорее генерирую идеи, занимаюсь инвестициями. Меня можно назвать инвестиционным менеджером, менеджером по управлению рисками, а от оперативной деятельности я уже давно отошел.

Хороших управленцев нанимаете, а как определяете, можно ли брать человека на работу, можно ли ему доверять?

– Кадры сейчас решают все. Еще с 90-х помню бизнес-притчу о том, что существует всего три модели менеджмента: американская, японская и русская. Американский менеджмент озабочен вопросом: "Что?", на заседании обсуждаются, например, планы действий через неделю. Японский думает над вопросом "Как?": планы действий уже понятны, решаются вопросы способов и средств. И только русский размышляет о том, кто будет виноват в том, что это не сделано или сделано не вовремя. В этой притче есть очень большая доля правды, на мой взгляд. Квинтэссенция этого подхода, повторюсь: кадры решают все.

А как вы определяете, в кого можно инвестировать, а в кого - нет?

– Я описываю это очень просто: если у человека правильно устроены мозги, его можно брать на работу. Четко сформулировать, что такое правильно, в двух словах не смогу. В том числе, должно присутствовать правильно построенное логическое мышление, интуиция, способность критического взгляда на мир.

Ольшанский: Если вся экономика – это казино, то Интернет – это столы с высокими ставками

Если говорить о русской модели управления, когда определяют, кто виноват, ответственность в подчиненных для вас важна?

- Да, ответственность очень важное качество, она является необходимым свойством.

А по поводу правильного устройства логики… Я еще со школы помню один пример. Возьмем любой из фундаментальных законов физики, например, второй закон Ньютона, который можно сформулировать, как F=ma. Из этой формулы а= F/m. С точки зрения математики эти две формулы – абсолютный эквивалент, а с точки зрения физики (а реальную жизнь отражает именно физика), они разные. Из первой формулы следует неправильный вывод: для того, чтобы увеличить силу, необходимо увеличивать массу. А из второй: чтобы увеличить ускорение, например, автомобиля, его нужно сделать легче. Это правильный вывод для реальных условий.

Очень часто правильное логическое мышление проверяется путем какой-то похожей ситуации, умением правильно расставить акценты, правильным углом зрения, умением распознать, как в "Собачьем сердце": "Кто на ком стоял?". Например, для Интернета это вопрос о том, что первично: хороший контент или рост посещаемости.

То есть, метафорически, вы стараетесь нанимать не математиков, а физиков?

– Да. Нужны люди со здравым смыслом в широком понимании этого слова, которые в состоянии сделать правильные выводы из ситуации.

Есть ошибочные решения, о которых вы до сих пор помните?

– Я много о чем помню, вопрос в том, хочу ли я об этом рассказывать (улыбается).

Если говорить о ваших проектах, как бы сейчас оценили стадии их развития?

– У нас принята следующая схема: каждый проект в зависимости от уровня оцениваем от 1 до 10, где 1 – это голая идея, а 10-ка – мировое господство уровня "Facebook" или "Google". Imena.UA – это сейчас твердая 8-ка. Мы входим, по моим приблизительным оценкам, где-то в мировые топ-50 регистраторов.

По количеству регистраций или по обороту?

– По количеству доменов.

А оборот у "Imena.ua" какой?

- В "Imena.ua" выпускали облигации, так что соответствующая информация доступна на сайте ГКЦБФР. На данный момент годовой оборот этой компании где-то на уровне 20-30 млн.грн.

Остальные проекты хостинга можно оценить так: "MiroHost" – это 7-ка, УБС – скорее 5 или даже 6, Mail.ua – 4. Сейчас там 150 тыс. пользователей, это очень приличная цифра, и могу сказать, темп роста регистраций там так же растет.

Cейчас какие-то интересные идеи видите на украинском Интернет-рынке?

– Вижу очень многое. Но не скажу (улыбается). За последние 20 лет здесь все очень сильно поменялось: если раньше инвестировали в идеи и проекты, то сегодня, как я уже говорил, - в людей. Сейчас идеи трансформируются очень быстро и гораздо важнее вложить в определенных людей, в команду. А хорошая идея рано или поздно подвернется.

Когда в нескольких инвестфондах подрабатывал консультантом, часто говорил: вы вообще забудьте о том, что вам предлагает тот или иной начинающий, будь это хоть новый "Facebook" или "Google". Потому что между моментом сейчас и через 5-7 лет, когда все случится, эта идея изменится до неузнаваемости. А люди, работающие над ней, останутся. Мне как-то сказал один знакомый: "Мы вообще не управляем будущим, не знаем, что будет завтра, но при этом управляем одной важной вещью: мы знаем, с кем это завтра встретим".

И если позволите, немного личных вопросов: как разделяете доходы: на дальнейшее развитие компаний и для себя?

– Я совершенно отделен от компании и получаю официальную зарплату. Так что мои личные доходы никакого отношения к прибылям компаний не имеют. А вот если говорить о реинвестировании прибыли, я этим как раз и занимаюсь. Это то самое управление рисками, о которых речь шла выше.

Я вообще считаю, что управление рисками – это своего рода жизненная философия, которую можно применить к любым аспектам человеческой деятельности. Могу посоветовать книгу об этом: "Черный лебедь" Нассима Талеба.

А вы сколько на себя тратите?

– Немного. У меня до сих пор происходят баталии с женой, когда вижу футболку за $50, которой красная цена – $1,5. На себя уходит немного, больше трачу на семью, обучение детей.

Кстати об обучении: сейчас многие сетуют на качество IT-образования. Как вы оцениваете современных молодых специалистов. Не жалеете о том, что в свое время выбрали быть технарем?

– Ничуть не жалею. В первую очередь, доволен тем, что заканчивал физмат-школу, и очень доволен – что получил правильное естественнонаучное образование. У меня четверо детей и я вижу, какая колоссальная проблема у нас с качеством образования.

Ольшанский: Если вся экономика – это казино, то Интернет – это столы с высокими ставками

С техническим?

– С любым, но в первую очередь – естественнонаучным. Наши дети скоро поверят, что земля плоская и стоит на слонах.

А на IT-бизнесе это скажется или уже сказывается?

– С образованием все очень плохо и я думаю, что результаты этого плохо мы увидим в течение ближайших 5 лет. Я сам очень много людей нанимал на работу, могу сказать, что люди, которые приходили после института в конце 90-х - начале 2000-х и те, которые приходят сейчас – это просто небо и земля. Это настолько разные люди, как будто в другую страну переехал. Другой уровень организации мышления, дисциплины, мотивации…

Вы управляете развивающимся бизнесом, который растет и требует все большего внимания. Как получается разделять бизнес- и личное время для себя?

– Нет личного времени. Я вам скажу честно, что пробовал даже некие психологические практики, чтобы с этим справиться. Сейчас бизнес занимает гораздо больше времени в моей жизни, чем, как мне кажется, мне хотелось бы.

А если судить по вашему окружению, для успешных людей это общая практика?

– В общем, наверное, да, но я знаю несколько альтернативных примеров, которые скорее подтверждают правило, например, Слава Чечеткин (глава Интернет-магазина Rozetka.com.ua – прим ред.). У него как-то получается организовать свое время, чтобы хватало и на бизнес, и на себя.

Возможно, есть какие-то увлечения, на которые вы можете выделить хоть немного личного времени?

– Книжки, фарфоровые чашки… Правда, коллекция чашек маленькая и непрофессиональная. Одно время нравилось летать на маленьком самолете на тренировочном аэродроме, пока не потерпел легкую авиакатастрофу. Не могу сказать, что есть какое-то системное увлечение. Бизнес съел все.

Ольга КАРПЕНКО

Связь, IT: подборка новостей>>>


Если Вы заметили орфографическую ошибку, выделите её мышью и нажмите Ctrl+Enter.

Комментарии

Последние новости

Партнерский проектИнтервью Фукуямы на Visa Cashless Forum 2020: о новой реальности и последствиях пандемии