Большой разговор | Атака СБУ, партнерство с Левочкиным и "зеленый" тариф. Интервью с Игорем Тынным

Атака СБУ, партнерство с Левочкиным и
Фото: Facebook/Игорь Тынный
21.07.2020, 11:19

Беседа с Игорем Тынным о своем бизнесе, конфликте с главой СБУ Иваном Бакановым и спорах вокруг меморандума с "зелеными" энергетиками

Игорь Тынный - киевский предприниматель с активам в самых разных сферах. Его компании занимаются ресторанным бизнесом, вывозом мусора и "зеленой" энергетикой. Тынному принадлежит два десятка малых гидроэлектростанций и шесть небольших СЭС. 

Бизнесмен входит в десятку крупнейших инвесторов в "зеленку". По подсчетам LIGA.net, в 2019 году, его электростанции заняли 2% этого рынка, выручив от "зеленого" тарифа почти 435 млн грн.

LIGA.net записала интервью с Тынным 8 июля, после его обвинений в адрес главы СБУ Ивана Баканова о персональной мести за конфликт 11-летней давности. Тогда Тынный купил у ФГИ семь мини-ГЭС, которыми, по его словам, ранее управлял родственник Баканова. Сейчас они составляют около трети его бизнеса в гидроэнергетике. 

Недавно СБУ возбудила уголовное дело против 12 компаний Тынного. Их подозревают в неуплате налогов и финансировании терроризма. 

Еще одна тема для разговора - меморандум между правительством и инвесторами в "зеленую" энергетику. Стороны предварительно договорились о снижении задним числом тарифа для всех игроков рынка ВИЭ. Взамен государство пообещало полностью погасить свой долг перед ними в 16 млрд грн за уже произведенную электроэнергию.

Соглашение оказалось на грани срыва. По логике Тынного, об этом говорят 1300 депутатских правок в законопроект №3658, который внедряет в украинское законодательство соглашение правительства с бизнесом. 

Верховная Рада может рассмотреть законопроект на внеочередном заседании 21 июля.

Чего ждать от меморандума с "зелеными", с чего начался конфликт с Бакановым, зачем нужно партнерство с Сергеем Левочкиным и как во времена Януковича у Тынного "отжимали" элитный ресторан Прага в Киеве, - в большом интервью бизнесмена для LIGA.net.

Левочкин, рейдерство, Прага

- Вы давно занимаетесь бизнесом, но нельзя сказать, что вы известны широкой публике. Можете коротко рассказать, чем владеете, сколько компаний вам принадлежит?

- Я предпринимателем стал еще на заре независимости Украины. Можно сказать, что я классический бизнесмен из 90-х – еще, будучи студентом, ездил Польшу и торговал чем-то, как и все. Последние десять лет я, в основном, занимаюсь бизнесом, который связан с экологией – возобновляемая энергетика и обращение с бытовыми отходами.

Моя мечта – построить в Украине мусороперерабатывающие заводы – вместо свалок.  

- Среди ваших партнеров нередко можно встретить Юлию Левочкину – сестру влиятельного политика Сергея Левочкина из ОПЗЖ. Особенно, если говорить об энергетике. Кто из вас главный инвестор – вы или Левочкина?

- В энергетике у меня несколько партнеров. Юлия Левочкина – партнер в четырех компаниях-лицензиатах по возобновляемой энергетике. В других семи - у меня совсем другие партнеры - итальянские инвесторы Элиджио Скотта и Карло Бона, крупный одесский бизнесмен (речь идет о Михаиле Рафаевиче. - Ред.) и мои киевские друзья-предприниматели

Если говорить о моем бизнесе с Левочкиной – я там управляющий инвестор. Я управляю, развиваю и строю.

Большинство последних моих девелоперских проектов с Левочкиными не связаны. Я стараюсь быть независимым от политиков бизнесменом, собственно, поэтому у меня нет крупных предприятий, а сотня мелких - с совершенно разными партнерами.

- Вас нет ни в одном из рейтингов топ-100 богатых украинцев. Во сколько вы можете оценить свое состояние?

- Да и не надо. Я скромный бизнесмен с большим количеством маленьких активов. У нашего общества много психологических постсоветских травм. Часто приводят цитату Карла Маркса: "нет такого преступления, на которое не пойдет капиталист ради 300% прибыли".

Это чистая ложь. Мне, например, скучно заниматься бизнесом исключительно ради прибыли. Я инвестирую в то, что мне интересно и важно.

- Возобновляемая энергетика – это ваш главный бизнес?

- Это то, что увлекает и то, что нравится – идеи круговой экономики.

Что касается других бизнесов. Я давно шучу, что, после финансового кризиса 2008 года, у каждого киевского бизнесмена-лоха должен быть не построенный небоскреб, незаконченный коттеджный городок, плохо работающий бизнес-центр и несколько ресторанов (смеется). У меня был весь перечень этих активов. Но, в конце концов, некоторые проекты получились хорошими.

- Имеете в виду ресторан Прага на ВДНХ?

- И он тоже. Я недалеко от ВДНХ учился и четыре года студентом видел эти романтичные руины и заброшенные места. Не понимал, почему их никто не выкупает – красивое ведь место.

Потом узнал о попытках нескольких арендаторов что-то там сделать. У них ничего не получилось. И вот на "слабо" я взял, восстановил и все работает.

По такому же принципу я купил недавно заброшенную недвижимость на Оболони и хочу сделать проект еще красивее. Сейчас строим, но тяжело – в стране нет денег, а власть предпринимателей не понимает и гнобит.

У меня есть до десятка девелоперских проектов в недвижимости в Киеве. Также я имею отношение к фабрике по производству детской обуви в Черкасской области.

- Можно ли считать ваше тесное партнерство с семьей Левочкиных одним из факторов вашего успеха?

- 90% моего бизнеса никак не связано с политиками. Успеха, как и счастья, нельзя добиваться, он приходит сам, как незапланированный результат преданности делу. Не помню, кого я цитирую, но искренне в это верю.

- Для меня остается загадкой, как бизнесмен средней руки во времена президентства Януковича получил территорию под ресторан Прага на ВДНХ? Тогда брат Юлии Левочкиной Сергей был главой Администрации президента, а сама территория принадлежала ДУСе – подотчетной президенту.

- Этот ресторан был построен еще при Сталине. Он был частью комплекса ВДНХ. Когда Советский Союз развалился, комплекс передали ДУСе, а расположенные там кафе и рестораны – в коммунальную собственность Киева. Оно все сгнило, но не было запрещено к приватизации.

Лет 12-13 назад меня нашел бывший директор ВДНХ. Он предложил мне руины. Дальше был конкурс на аренду, после чего я с партнерами выкупил и полностью реконструировал этот ресторан. Но земля осталась у государства. Все было выкуплено и построено во времена президентства Ющенко.

- В одном из интервью вы жаловались, что "Прагу" неоднократно пытались отжать. Можете привести примеры?

- В разное время в период президентства Януковича его пытались дважды отжать. У нас нет доказательств, но исполнители оправдывали тогда свои действия, якобы, командами его ближайших соратников – Андрея Кравца, руководителя ДУС и Артема Пшонки, сына бывшего генерального прокурора.

У нас были жесткие конфликты. Обыски и многочисленные проверки. Присылали по 20 охранников, которые стояли с оружием и вонючими мусорными баками возле столиков с гостями – такова якобы была новая схема размещения мусорных контейнеров на ВДНХ.

Перекрывали выезд, отключали нас от воды, пришлось делать собственные скважины. Также нам закладывали кирпичами канализацию, чтобы ресторан затопило фекалиями.

Я до утра могу перечислять, как разные власти душили и шантажировали бизнесы.

- Как вы отбивались?

- История ресторана Прага – это история того, как при любой власти доят бизнес. За десять лет работы ресторана поменялось восемь генпрокуроров, при шести из них у нас были проблемы.

Во времена президентства Порошенко с нас вымогали деньги якобы в интересах экс-прокурора Киева Сергея Юлдашева. Мы в очередной раз судились и добивались его увольнения бесконечными напоминаниями о необходимости люстрации.

Обвинения СБУ и бизнес Баканова

- Давайте поговорим немного о последних событиях. Недавно вы заявили о давлении со стороны СБУ. Против ваших компаний, якобы, открыли уголовное дело, их подозревают в финансировании терроризма и неуплате налогов. Открытие дела вы связали с историей более 10-летней давности: действия СБУ - якобы это месть за то, что вы выкупили несколько гидроэлектростанций, которые были в аренде у нынешнего главы СБУ Ивана Баканова. С чего все началось?

- Если быть точным, я выкупил семь мини-гидроэлектростанций. В 2009 году, кажется, у меня был конфликт с бывшими акционерами ООО "Карат-Энерго", которая тогда владела Мартынковской мини-ГЭС в Хмельницкой области.

Он начался с того, что я купил 70% этой компании у ее главного акционера, который хотел из нее выйти, так как его бизнес-партнеры оказались аферистами. Ему принадлежал контрольный пакет акций, остальные 30% делили между собой поровну Александр Беляев и Геннадий Лазутин.

Как оказалось позже, Иван Баканов – родственник Беляева, их жены - родные сестры, на которых были оформлены другие их бизнесы. Тогда Баканов был юристом Беляева.

Экс-владелец жаловался, что его партнеры, несмотря на миноритарную долю, управляют компанией и забирают себе всю ее прибыль.

- Зачем покупать актив с такими партнерами?

- У меня нет богатого папы или богатой мамы. Я ничего не унаследовал. Всю жизнь я покупал проблемные проекты, чтобы потом из них сделать хорошие и жизнеспособные. Я купил долю в компании Киевспецтранс, когда она была банкротом, а ресторан Прага – когда он был сгнившим и никому не нужен.

Я всю жизнь покупаю, простите, говно. Дальше пытаюсь сделать из него пулю.

- Вы купили долю в Карат-Энерго. Что дальше?

- Я встретился с господином Лазутиным, хотел обсудить с ним, как будем вести общий бизнес. Но он меня послал. Сказал мне, мол, ты никто и ничего не получишь.

Через несколько дней Беляев и Лазутин задним числом через фиктивное собрание акционеров, где якобы участвовал предыдущий акционер, продали эту станцию за 5% ее стоимость другому юридическому лицу. И получается, что я купил пустышку.  

Я всю жизнь покупаю, простите, говно. Дальше пытаюсь сделать из него пулю

- Судя по реестру, на сегодня Мартынковская ГЭС принадлежит вам. Как вам удалось ее вернуть?

- Было уголовное дело. Не помню, кто его возбудил, наверное, полиция. Документы о продаже ГЭС были подделкой, директор этой электростанции подписал их за $500 по просьбе этих аферистов, даже не понимая, что подписывает.

Он, кстати, после этого ненадолго был арестован. Это был человек в возрасте, который потом признал, что они [миноритарные акционеры] уговорили его на это должностное преступление. Есть приговор суда.

Это была первая попытка отобрать у меня мини-ГЭС. Затем они снова ее украли, передав компании "ПКФ Экоэнерджи", где Баканов занимал должность директора.

На этот раз имущество мини-ГЭС украли через схему фиктивного поручительства по долговому векселю. Де-юре, получилось так, что Баканов забрал имущество Беляева. Как в это можно поверить, если они фактически родственники и партнеры в других бизнесах?

Дальше – опять суды на два года. Чтобы вы понимали, они настолько дорого мне обошлись, что юрист, который изначально представлял мои интересы, по итогу стал моим бизнес-партнером.

- Это вы о ком?

- О Михаиле Ильяшеве. Собственно, через него на меня и вышел предыдущий главный акционер этой ТОВки. Сделка заключалась в его кабинете.

- Вы сказали, что выкупили семь мини-ГЭС Беляева и Лазутина.

- Да. Параллельно мы обнаружили, что Беляев и Лазутин сидят на схеме на малых государственных ГЭС в Киевской и Полтавской области.

Они арендовали их за смешные деньги, зарабатывая на производстве и "экономя" на арендной плате государству.

- Что значит, экономя на аренде? Как вы эти ГЭС получили?

- Объясню. Как выглядит малая гидроэлектростанция? Это небольшое здание с несколькими гидротурбинами. Возле нее идет канал с водой и дамба. Это не крупный актив и производство там маленькое. Но он работает и производит электроэнергию по "зеленому" тарифу.

Как они зарабатывали на этих ГЭС? Платили по 150 евро в месяц за аренду, тогда как справедливая арендная плата была многократно выше. Беляев, Лазутин и Баканов провернули аферу. Они "подправили" документы, указав в них, что Фонду госимущества принадлежит только здание электростанций, а оборудование – якобы частная собственность.

Когда суды и правоохранительные органы увидели эту схему – они ее разорвали. После этого Фонд госимущества объявил конкурс на приватизацию, где мы выиграли и купили эти ГЭС с условием их модернизации. Суммарно на приватизацию и модернизацию мы потратили около 3 млн евро.

- Покупателями были только вы? Какую роль в этой истории сыграла семья Левочкиных? Наглядный пример - Дубинецкая и Богуславская ГЭС, расположенные в Киевской области. Судя по материалам суда, вы купили их у Фонда госимущества в 2011 году, через полгода, как СБУ возбудила уголовное дело за попытку вывести эти электростанции из госсобственности в руки ПКС Энерготек, которая принадлежала тогда жене Баканова.

- Только я и Михаил Ильяшев. Мы были вдвоем. Сделка с Юлией Левочкиной произошла намного позже и совсем по другим станциям. У моих оппонентов есть задача придумать сказку, что вот есть политик, который чем-то мне помогал. Нет, не помогал. Это не политическая история. Я по каждому ее эпизоду готов свидетельствовать во всех органах.

Когда я увидел, что Баканов в интервью заявил, мол, у него рейдернули бизнес, я подумал, что он не в себе и у него осталась психологическая травма.

Мы сейчас пытаемся получить доказательства, что когда Баканов возглавил СБУ, он сначала открыл дела по этим ГЭС и нашему старому конфликту, а потом их закрыл, когда понял, что придется расследовать против самого себя.

Тогда он пошел другим путем и открыл дело против 12 моих компаний якобы за финансирование незаконных вооруженный формирований. Пошлая и, увы, распространенная у нас схема.

- В версии Баканова тоже есть логика. В момент открытия уголовного дела СБУ возглавлял Валерий Хорошковский, а Фонд госимущества, который продал вам эти  ГЭС - Александр Рябченко. Все они входили в команду Виктора Януковича.

- (пауза). Не очень хочу переводить это в политическую плоскость, так как политики там не было.

У меня есть письмо, где Баканов обращается к президенту Виктору Януковичу, как гаранту демократии и всего остального, с просьбой о помощи. И в принципе, тогда Администрация президента пыталась в судах за них вписаться, а не за нас.

- Вы с Бакановым обсуждали эту историю?

- Нет, мы вообще не знакомы. Когда его назначили главой СБУ в телеграмм-каналах начали появляться какие-то вбросы. Мне несколько чиновников говорили, что Баканов ходит и точит на меня ножи. Я ему написал смс: если у вас есть вопросы, давайте встретимся и все обсудим. Он ее проигнорировал.

А тем временем от СБУ поступают запросы на тысячи страниц к моим компаниям, выемки в банках и на таможне, слежка, попытки взлома почты, телефона. Увы, СБУ тратит наши деньги, деньги налогоплательщиков, на решение личных задач его семьи. Это преступление.

Меморандум и "зеленый" тариф

- Давайте поговорим о возобновляемой энергетике. Вы контролируете 88 МВт "зеленых" мощностей. По нашим подсчетам, в 2019 года доля ваших электростанций была в пределах 2%, а доход от "зеленого" тарифа составил 435 млн грн. Вы планируете наращивать свое присутствие на рынке, учитывая планы властей снизить "зеленый" тариф?

- Не уверен, учитывая попытки властей остановить этот бизнес. Я планировал строить все: солнечные, ветряные, биогазовые электростанции.

У меня был заключен договор Pra-PPA с "Гарантированный покупатель" (единственным в Украине продавцом-покупателем "зеленой" электроэнергии. - Ред.) на две малые гидроэлектростанции и четыре солнечных электростанции. На СЭС у меня было около 40 МВт с Pre-PPA. Я от этих проектов вынужденно отказался. Миллионные убытки.

Почему? Потому что "зеленые" аукционы не объявлены, квот на аукционы от Минэнерго нет. Более того, меморандум с Кабмином, который рассматривается в парламенте, предполагает моментальную остановку солнечных проектов с договорами Pre-PPA уже с 1 августа. Произвол.

- Под словами "остановить бизнес" вы имеете в виду пересмотр завышенного "зеленого" тарифа?

- Завышенный тариф – это ложь. Тариф является проекцией на стоимость капитала в стране и его доступность.

- Наглядный пример – ваша Каменская СЭС, у которой 1 кВт-ч стоит более 13 грн. Это вчетверо выше, чем в среднем по отрасли ВИЭ.

- Мы ее построили в 2013 году. Это наша первая СЭС, хоть Клюев тогда никому и не давал их строить. Она на 2,8 МВт мощности. Ее окупаемость была в районе пяти-шести лет.  

У нее такой тариф, потому что строительство 1 МВт мощности на то время стоило около 2600 евро. Для понимания, сейчас такую же электростанцию можно построить за 700 евро. Цена изменилась в четыре раза.

- То есть эта СЭС уже окупилась и приносит вам прибыль. Вы готовы сократить ее тариф пропорционально падению цен на оборудование?

- Ответ на ваш вопрос – нет, не готов. Я и другие инвесторы будем судиться с правительством, а позднее - предъявлять претензии к чиновникам, которые доведут государство до колоссальных убытков.

Мы эту станцию заложили в государственном банке, взяли под нее кредит на строительство следующей станции и так несколько раз подряд. И теперь представьте. Максимальный размер тарифа для вашей станции обрезают на 50%, то есть сокращают наполовину доходность вашего бизнеса.

Вдобавок обрезают тарифы для остальных станций, а вместе с тем – продлевают окупаемость этих проектов еще на пять-семь лет. При этом кредиты нам отдать всего за три года.

У нас в стране только короткие кредиты – все пятилетние. Мы говорили: если вы хотите продлить срок окупаемости "зеленых" проектов до уровня Европы, то и условия кредитования сделайте как в Европе – 15 лет. Хотя бы до 7 лет продлить и уже будет хорошо. В ином случае, государство занимается чистейшим рейдерством.

- Почему?

- Пересматривая "зеленый" тариф государство меняет доходность и стоимость компаний. Это значит, что вслед за изменением тарифа нужно будет менять условия кредитного договора с госбанками, где брался кредит под строительство.

Лично у меня в этом году долг перед госбанками - $24 млн. Чтобы построить новые электростанции я заложил свое собственное имущество. И теперь, чтобы обеспечить эти кредиты мне нужно будет вносить новые залоги. А где их взять?

За последний период мои компании заплатили госбанкам $4,5 млн процентов по кредитам. Каждые 4 грн из 10 грн от тарифа ежегодно возвращаются государству. А это 40% оборота.

И пока одна государственная компания [Гарантированный покупатель] не выплачивает нам заработанные деньги, к нам приходят государственные банки и забирают наш бизнес, который был в залоге. Это нормально?

- В чьих интересах нынешний вариант меморандума? Насколько мне известно, он уже стал причиной внутреннего раздора между инвесторами в ветряную и солнечную энергетику. 

- Этот весь меморандум никому не нравится – ни солнечникам, ни ветру, ни биомассе. К ветроэлектростанциям он более поблажлив, поскольку "зеленый" тариф обрезается для всех, кроме ВЭС, построенных до июня 2015 года. Также, в отличие от солнечных электростанций, ветрякам разрешено строиться без ограничений по Pre-PPA до 2023 года. Это дискриминация.

Да, у нас СЭС намного больше, чем ветропарков и солнце на сегодняшний день производит более 70% электроэнергии на рынке ВИЭ. Да, по солнечным электростанциям в Украине перевыполнили план. Но все должно быть честно.

- Честно это как?

- Во-первых, тариф должен сокращаться пропорционально 1 к 1,5. Например, если для солнечных электростанций тариф обрезается на 15%, то для ветропарков должно быть 10%, а не 7,5%, как в меморандуме. Это справедливо, исходя из внутренней доходности проектов.

Во-вторых, мы требовали продлить договор Pre-PPA для СЭС еще хотя бы на два года. Если вы обрезаете тариф задним числом, то компенсируйте это хоть частично.

Более того, мы предлагали ввести дополнительный налог на "зеленую" электроэнергию. Например, на 10-12%. За ее счет финансировалась бы гибкость системы, строилась маневренная генерация и тд.

Для государства это было бы шикарной опцией, так как сохранялся бы старый налог на прибыль и таким образом Украина получила бы в течение 10 лет около $5 млрд от двух налогов суммарно.

Но премьер эту идею отклонил. 

- Почему?

- Хороший вопрос. Сказал, что мы уже далеко продвинулись в рамках существующей конструкции, поздно обсуждать что-то новое. В итоге государство отпугнет инвесторов, как минимум, на следующие три года и убьет нашу инвестиционную привлекательность.

Из-за этого государство лишится $3 млрд потенциальных налоговых поступлений в течение следующих десяти лет. Если в прошлом году весь выторг "зеленой" генерации составлял 28 млрд грн без НДС, то суммарно налогов мы выплатили почти 20 млрд грн – феноменально высокая цифра.

Вся энергетическая сфера – Энергоатом, все угольные электростанции – все они заплатили меньше НДС и налога на прибыль, чем "зеленая" энергетика. Это нормально? Мы производим 6% электроэнергии, а они – 94%.

- Логично, учитывая, что "зеленая" энергетика контролирует 28% финансового оборота рынка электроэнергии, судя по данным Национальной комиссии по тарифам в сферах энергетики и коммунальных услуг (НКРЭКУ).

- Это неправда. НКРЭКУ манипулирует данными, потому что рынка у нас как такового нет. 

У нас нет конкуренции, как на рынке производства электроэнергии, так и на рынке ее поставки-транспортировки, так и на рынке потребления. Домохозяйства ведь не покупают электроэнергию по рыночным ценам. А на них приходится около 40% потребления страны.

У нас недорынок с большим количеством ограничений и миллионом возможностей для манипуляций. Одна из них – субсидирование угля и атома из бюджета напрямую.

Если к цене э/э из угля и атомной добавить все субсидии и такой же уровень налоговых платежей – вы убедитесь, что дешевле "зеленой" генерации ничего нет. Корректно использовать для сравнения показатели типа LCOE – leveraged cost of electricity.

Чудес не бывает, весь мир переходит на ВИЭ, и только у нас олигархи с телеканалами рассказывают сказки о дешевых атомах и угле.

- В прошлую пятницу вы организовали акцию протеста под Верховной Радой в поддержку "зеленой" энергетики. Что вы требуете: изменений в законопроект, которым предлагается снизить "зеленый" тариф или скорейшего его рассмотрения во втором чтении?

- Лучше ужасный конец, чем ужас без конца. Преступными действиями НКРЭКУ на рынке создан искусственный дефицит денег на оплату зеленой генерации.

Нас пытаются обанкротить, позволяя зарабатывать деньги на непрозрачном договорном трейдинге, схематозах на рынке небалансов и воровстве на низкой социальной цене электричества для населения. В интересах отдельных лиц в НКРЭКУ и их куратора Андрея Геруса (депутат Слуги народа, противник высокого "зеленого" тарифа". - Ред.) – хаос на рынке как можно дольше. А в идеале – вообще банкротство ГП "Гарантированный покупатель".

В целом есть решение – за любое снижение свыше 15% - точно идем в суды. Так вот правки в законопроект от Геруса и других предусматривают снижение тарифов на 30 и более процентов, что неминуемо приведет к банкротству и судам.

Вторая причина наших протестов – унизительная для парламентаризма практика технических "спам" правок. Их подали за один день 1300 штук. В основном депутаты, близкие к еще одному олигарху-цинику Виктору Пинчуку. Там и бред про "зеленую металлургию". Что дальше? "Зеленый кокс?"

Там и чудные 214 правок Роксоланы Пидласы из Комитета экономического развития - типа: "Слово "таких" замінити словом "наступних"; "Сполучник "а" виключити". Ну что сказать… Точно слуги, вопрос чьи?

Богдан Заика
Богдан Заика
корреспондент
Если Вы заметили орфографическую ошибку, выделите её мышью и нажмите Ctrl+Enter.
Вакансии
Больше вакансий
New business manager / New business director
Киев Ketchup Loyalty Eastern Europe
Керівник складу IT
Киев ЛІГА, Група компаній
Системний адміністратор (DevOps)
Киев ЛІГА, Група компаній
Разместить вакансию

Комментарии

Последние новости