Большой разговор | Карты, Деньги, Два лоббиста: что ждет игорный бизнес в Украине. Интервью с Борисом Баумом

Карты, Деньги, Два лоббиста: что ждет игорный бизнес в Украине. Интервью с Борисом Баумом - Фото
Слева направо: Давид Арахамия, Владимир Зеленский, Борис Баум, Кирилл Тимошенко. Коллаж - Liga.net
14.05.2020, 13:44

Год назад Баума мало кто знал, а сейчас он автор и “локомотив” реформы рынка азартных игр и глава фонда Банковой по борьбе с коронавирусом.

Вбейте в Google Борис Баум и почитайте первые два десятка заголовков. Если им верить, то перед вами - проводник олигархата, лоббист крупного российского бизнеса и новый фаворит Банковой. В общем, интересный человек. Более проверенной, чем заголовки, информации о Бауме немного: уроженец Латвии, много лет был топ-менеджером в финансово-промышленный группе VS Energy (бенефициары - россияне Александр Бабаков, Евгений Гинер и Михаил Воеводин), прошлой осенью неожиданно появился как лоббист Банковой законопроекта о легализации игорного бизнеса. А в начале апреля этого года он возглавил благотворительный фонд Прайм, который собирал деньги с украинских олигархов на борьбу с коронавирусом. Кто он сейчас, как попал в окружение Зеленского, почему ему доверили делать реформу миллиардного рынка азартных игр и что он делает с деньгами украинских олигархов, которые они дали на борьбу с коронавирусом, - в интервью LIGA.net.


ОФИС ПРЕЗИДЕНТА, ГРАЖДАНСТВО И БИЗНЕС

- Вы известны в Украине как менеджер группы VS Energy с интересами в энергетике, отельном и банковском бизнесе. Но сейчас мы встречаемся с вами в Офисе президента Украины. В каком статусе вы здесь сейчас? Кто такой Борис Баум в мае 2020 года?

- Борис Баум – гражданин Украины, сегодня я в статусе внештатного советника замглавы Офиса президента Кирилла Тимошенко.

- Украинское гражданство у вас давно?

- Нет, мне дали его 16 января.

- Имеете ли вы сейчас отношение к VS Energy?

- Нет, я уволился 4 апреля 2015 года. Там назревал корпоративный конфликт, и я решил, что не хочу в нем участвовать.

- Вы уходили вместе с Михаилом Спектором?

- Я ушел раньше.

- А чем занимались почти пять лет после ухода?

- Полтора года занимался телеканалом RTVI (владелец – Микаэль Исраэлян). В 2017-2018 гг. был в Риге. С августа 2018 по июнь 2019 помогал создавать платформу для интернет-казино в Украине для крупной международной компании EGT.

- Чем вы занимались в EGT (Болгарский разработчик игрового софта Euro Games Technology)?

- Я пришел как антикризисный менеджер, когда они уволили все руководство. Вникал, как устроен глобальный игровой онлайн-бизнес, ездил по миру на разные гемблинговые выставки, разобрался в интернет-лицензировании.

- Этот опыт в игорном бизнесе имел в виду глава фракции Слуга Народа Давид Арахамия, когда комментировал ваше появление в ОП и участие в разработке закона об азартных играх?

- Наверное, да. Но был еще прошлый опыт в VS Energy. Я когда пришел в 2005 году, они как раз в отеле Премьер-Палас казино запускали. Это было место тусовки всех акционеров, и я видел-понимал, как это делается, как вообще казино работает. Но понимание того, как устроен весь рынок, как происходит легализация, сертификация участников рынка, я получил в 2017-2019 годах, когда создавал здесь игровую платформу для онлайн-казино и букмекерства.

- Какой-то собственный бизнес в Украине у вас есть?

- Сейчас – нет. Но когда-то я занимался альтернативной энергетикой. Мой сосед разрабатывал твердотопливный котел, и я стал его первым инвестором. Мы наладили производство и построили много котелен. Самая известная – это котельная возле церкви в Ботаническом саду имени Гришко мощностью 3 МВт, она мне принадлежала. Таких активов было очень много.

- И они у вас сейчас остались?

- Нет, я вышел оттуда.

- А как вы оказались в Офисе президента?

- Появление в ОП связано с игорным законом. То, что к этому имел отношение Давид Арахамия – правда. Мы одно время жили с Давидом в одном коттеджном городке. Но я был больше знаком не с ним, а с его детьми. У него четверо детей, у меня пятеро, они общались. На дне рождения его дочери познакомились-разговорились, и я упомянул, что занимаюсь онлайн-казино. В июне Давид рассказал, что идет в команду Зеленского и попросил посмотреть драфт закона о легализации игорного бизнеса. Я посмотрел и написал свои рекомендации и концепцию с примерным расчетом, сколько может получать бюджет, - Давиду понравилось. Он познакомил меня с Кириллом Тимошенко, показали концепцию, он сказал - супер. В самолете в Николаев (17 июля 2019-го – Ред.) Давид рассказал президенту, что есть такой план легализации. И меня пригласили в ОП.

- Зачем? Презентовать Зеленскому концепцию?

- Да. Были еще [премьер-министр Алексей] Гончарук и [глава Минюста Денис] Малюська, и Давид с Кириллом. Я объяснил, что происходит в Украине сейчас, какой это рынок, сколько недополучает бюджет. Они сказали “офигеть”, задали пару правильных вопросов и спросили, могу ли я сделать то, что написал. Я ответил, могу, если будет две составляющие: ваша политическая воля, Владимир Александрович, а Давид поддержит, так как нужны голоса депутатов. С рынком я обещал договориться, по каким правилам надо будет работать.

И мне дали полтора месяца, чтобы разработать закон и схему легализации рынка азартных игр.

Ровно через полтора месяца, 26 сентября, я презентовал конечную версию текста законопроекта. Инициатором должен был быть Кабмин. Уже перед первым голосованиям лоббисты включились в борьбу, и все прошло не так, как планировали.

И я не вижу конфликт интересов. Некорректно говорить, что закон прописан под Премьер-Палас

- Прежде чем говорить о других лоббистах, давайте обсудим ваш потенциальный конфликт интересов. Вы 10 лет работали в группе, владеющей одной из крупнейших сетей отелей. А ваш закон разрешает казино и залы игровых автоматов только в гостиницах. По украинским меркам это вполне лоббизм.

- Те, кто понимает суть рынка, не задают таких вопросов. Весь рынок хочет этот закон, только несколько игроков против.

Правильнее было бы спрашивать, не почему Премьер-Палас хочет открыть казино, а кто и почему не хочет давать им и другим игрокам легально работать. Если быть точным, то группа Premier – далеко не самый крупный владелец гостиниц. У них всего пять своих гостиниц. Остальные в управлении Premier International.

И я не вижу конфликт интересов. Некорректно говорить, что закон прописан под Премьер-Палас. Да, там было почти во всем лучшее казино Украины. Но сегодня в Киеве, например, у Леонида Юрушева три гостиницы, в которых могут появиться казино, а у группы Premier одна. При этом еще есть мировые сети Hilton, Hyatt, Sheraton.

ОБ ИГОРНОМ ЗАКОНЕ

- Вы постоянно говорите, что ваш законопроект наведет порядок на рынке. Как?

- Немного истории. С 2009 года и по сегодняшний день, весь игорный рынок в Украине – это разной степени легальности схематоз. Когда 11 лет назад Юлия Тимошенко запретила игорный бизнес, легальной осталась только государственная лотерея. В 2012 году ее применение очень сильно расширили. Есть такой очень известный в игорном мире российский бизнесмен Олег Бойко, основатель группы Ritzio. До закрытия в России игорного бизнеса они были лидером рынка, с большим бизнесом – зарабатывали миллиард долларов в год. В 2012 году Бойко, понимая, что его бизнес в РФ развалился, приехал в Украину и предложил экс-министру МВД Виталию Захарченко вместе с экс-генпрокурором Виктором Пшонкой внести в закон о гослотереях маленькую правку: разрешить видеолотерейные терминалы (VLT). Такая практика в мире есть, но не в такой извращенной форме как у нас. Вместо VLT по факту установили нелегальные “игрушки” и открыли сеть игральных автоматов. Они сразу договорились, что откроют только 1000 залов и будут спокойно зарабатывать деньги.

- Под какой лицензией это сделали?

- Не МСЛ и не УНЛ. Это была лицензия Патриот. Они под ней играли ровно полтора года. Захарченко и Пшонка держали этот рынок, не было ни одного лишнего зала. А в 2014 году после Революции Достоинства все крышующие сбежали, но рынок - остался. На него обратил внимание господин Третьяков (экс-нардеп Александр Третьяков, нынешний совладелец УНЛ – Ред.). Он быстренько прикрыл Патриот взял под контроль УНЛ, это известная информация. И сказал: теперь построю рынок под себя. Заблокировали МСЛ, поскольку в МСЛ зашел Альфа-Банк, и бизнес попал под антироссийские санкции.

И УНЛ на какое-то время остался один на растущем рынке. Третьяков придумал схему: желающим открыть зал они давали выписку из реестра о лицензии. За что владельцы залов платили им 30%. И в принципе все были довольны. Можно было не очень напрягаясь зарабатывать до $5 млн в месяц. Так это работало до 2018 года.

- Почему схема поломалась?

- В какой-то момент взял верх украинский менталитет, началась анархия. Стали массово открываться уже совсем нелегальные залы, которые курировали прокуроры, генералы, депутаты, еще кто-то. В какой-то момент это вышло из-под контроля, полиция просто махнула на них рукой. Так мы пришли к тому, что на начало 2019 года в стране уже было 10 000 игровых залов, плюс букмекеры тоже переобулись в VLT. И все это – 10 000 залов, тысяч 200 автоматов, под одним законом о гослотереях. Получилось, что он регулирует и автоматы, и лотереи, и онлайн-казино, и букмекеров. Добавьте к этому около полусотни подпольных оффлайн казино, которые крышевались местными авторитетами и прокурорами. В общем, чистая коррупция.

- Как МСЛ вернулась на рынок?

- МСЛ разблокировали в 2019, когда туда зашли Сергей Пашинский и Виталий Хомутынник. Они переманили под лицензию МСЛ сетку Космолот, которая зарабатывала до $500 000 в месяц, МСЛ сразу ожил.

- Какая доля из этих 10 000 залов работала легально?

- Самое парадоксальное, как оказалось, то, что МСЛ, УНЛ и Патриот на троих контролировали всего 2000 залов, и в принципе исправно платили налоги. А весь остальной рынок был серым, и относительно легальные игроки не могли с ними бороться – порог входа очень низкий. У тебя есть 10 000 долларов – открывай зал. Полиция уже просто ходила и собирала по 1000 грн с зала, кормились многие.

По факту получилось, что у нас в стране 20% легального бизнеса, 80% – нелегального. И первыми тревогу забили большие игроки. Все началось с того, что PariMatch решил, что не хочет платить УНЛ, и с помощью юриста Андрея Астапова из Eterna Law разработали отдельный законопроект о букмекерской деятельности. PariMatch – это уже глобальный игрок, они номер 5 в мире. И они понимали, что им невыгодно работать вне правового поля. Как раз драфт их законопроекта летом 2019-го и предложил посмотреть Арахамия. С этого все началось.

- Изначально идея Зеленского состояла в том, чтобы создать отдельные игровые зоны.

- Да. Но, когда у тебя уже есть большой, нелегальный рынок, то его сначала надо легализовать, а уже потом пробовать куда-то вынести. Об этом, кстати, был мой первый спор с Гончаруком. Моя позиция, чтобы вынести азартные игры в условный Бердичев, сначала нужно выделить 100 млрд, чтобы построить туда железную дорогу, аэропорт, инфраструктуру внутри города. На Банковой подумали, и признали, что Украина пока к такому сценарию не готова.

Потом была идея, что все может быть только в больших гостиницах 5 звезд, я показал им очень смешную статистику. Знаете, сколько в Украине 5-звездочных гостиниц? 33, из которых более 150 номеров всего лишь в десяти. Всего у нас гостиниц 346, из которых нормальных 240. Президент удивился.

- Правильно ли что самый сложный сегмент - игровые автоматы. И там большое противостояние?

- Да. Мы пришли говорить с рынком. Официальный рынок у нас – это держатели двух лицензий УНЛ и МСЛ, Третьяков и Пашинский-Хомутынник соответственно. Есть еще президент МСЛ Георгий Ложенко, он работает со всеми, зарабатывает 5-10 млн грн в месяц и его все устраивает. Их интересы лоббируют некоторые известные и влиятельные юристы.

Есть еще ряд игроков, которых крышуют некоторые местные силовики или криминалитет. И они больше не хотят так работать. Рынок хотел от этих лицензионных “матерей” оторваться.

А легальным игрокам не нравилось, что их доходы отъедают нелегалы. И рынок поддерживает наше предложение, что серых залов быть не должно.

Такая же история и в онлайне: что PariMatch, что Фаворит, что другие крупные игроки хотят легализоваться. У них сильная мотивация, сейчас схема вывода клиентских денег на банковский счет может "съедать" до 15% от суммы. Им проще тратить на транзакции 0,5%, платить налоги и быть легальными. Поэтому они и писали закон.

Официальный рынок у нас – это держатели двух лицензий УНЛ и МСЛ, Третьяков и Пашинский-Хомутынник соответственно. Есть еще президент МСЛ Георгий Ложенко

- В оффлайн казино проблемных игроков нет?

- Нет. В Премьер-Паласе, Intercontinental, Fairmont давно готовы стоят помещения, оборудованные под казино. Только ждут закона. Они годами теряют деньги на аренде, неработающих казино. Зачем? Правда в том, что никогда Юрушев и другие не вернут деньги за свои гостиницы, если в них не будет другой добавленной стоимости, кроме отеля. У нас все плохо - ни туристов, ни деловых мероприятий. А отели Леонида Юрушева стоили $700 млн. Когда ты столько уже потратил, то вряд ли будешь схематозить на лицензии.

- В законопроекте предусмотрена так называемая инвестиционная бесплатная лицензия на казино для тех, кто построит гостиницу категории 5 звезд на 150 номеров.

- Да. Чтобы было выгодно строить гостиницы. Большая "пятерка" минимум $50-100 млн стоит. 10 лет за лицензию казино ты не платишь. То есть 25% стоимости окупаешь только за счет казино.

- По вашим словам почти все за, но первое чтение законопроекта было провалено?

- Самые большие лоббисты статус-кво – Третьяков и Ложенко, они бились до конца, чтобы закон не состоялся. И когда первое голосование не прошло, они думали, что одержали победу, сохраняют свое положение, и им дальше будут все платить.

Они реально все ошиблись.

Президент Зеленский своим волевым решением закрыл всех. А структуры МВД Арсена Борисовича [Авакова] и СБУ обеспечили фактическое выполнение этой задачи.

По отдельности – лотерейщики, казино, букмекеры, готовы заходить в рынок легально.

В итоге законопроект получил в первом чтении 260 голосов. Я думаю, во втором чтении будет еще больше. Рынок полетит сам по себе, нужно просто доделать начатое.

- До сих пор реально закрыты все залы игровых автоматов?

- Ну, есть где-то там залы для избранных, для своих. Это уже не системный бизнес, с улиц все убрали. Но и налогов сейчас – ноль.

- В прошлый вторник у вас была встреча с Зеленским по вопросам игорного бизнеса. Что на ней обсуждали?

- Вариант законопроекта ко второму чтению и обсуждали. Президент не отступает ни на шаг - закон для всех направлений: наземные казино, онлайн-казино, онлайн-букмекерство, наземное букмекерство, лотереи и покер; для всех равные правила работы на рынке; регулятор – комиссия по надзору за игорным бизнесом; жесткий мониторинг; криминальная ответственность за нарушения.

- Как закон скажется на рынке?

- Рынок сначала уменьшится в десятки раз. Было 200 000 автоматов, а по новым правилам их будет тысяч 10. Мы сделали все, чтобы этот рынок сузить и контролировать.

Философия законопроекта – чтобы азартные игры не были доступны везде, а только в гостиницах и только на легальных автоматах с софтом от мировых производителей. Еще одна проблема украинского рынка – почти все использовали нелегальный поддельный софт и накручивали процент возврата денег игроку, какой захотят. Например, в Америке этот показатель законом установлен на уровне 98%, грубо говоря, человек 100 долларов закинул, а 98 выиграл. В длинную все равно проигрываешь, но играешь долго, а у нас на Вокзале могли и 20-40% накрутить, чтоб проигрывали быстро и без шансов. Производители софта сами контролируют этот показатель, так что тут еще и защита клиента-потребителя.

80% поправок – от депутатов президентской фракции Слуга народа. И пусть на меня не обижаются депутаты, но большинство поправок – бессмысленные

- Между первым и вторым чтением появилось 3500 поправок.

- 3 451, если быть точным. При этом 80% поправок – от депутатов президентской фракции Слуга народа. И пусть на меня не обижаются депутаты, но большинство поправок – бессмысленные. У ОПЗЖ, все просто и одинаково – запретить. У Голоса есть много более-менее рациональных предложений от Ярослава Железняка. А у некоторых депутатов родственники лудоманы, и их правки – эмоциональная травма.

- Вы хотите сказать, что попытки сбить законопроект этим валом поправок нет?

- Сбивания нет. Есть некомпетентность. Есть люди, которые лоббируют интересы МСЛ. Ложенко, например, пишет, что в законе должны быть только лотереи. Спрашиваем: а где казино? Он отвечает, что казино его не интересуют. Главное, чтоб были автоматы, VLT и лотереи. И такого много.

- Какие в законопроекте спорные принципиальные моменты, за что идет дискуссия?

- Сегодня таких вопросов по сути уже нет. Был спор о категории гостиниц для казино и автоматов. Но сегодня все выровнялось. Для казино только 5 звезд. В Киеве лицензия – $2 млн, в других – $1 млн. Есть для инвесторов, построивших 5-тизвездочную гостиницу бесплатная лицензия на 10 лет. Залы автоматов можно будет ставить только в гостиницах категории 3, 4, 5 звезд. Был еще спор о том, какого года автоматы можно ставить. Пока – выпущенные не позже 2019 года. Но мне не нравится привязка к году, а что будет через пять лет?

- В промежуточном варианте документа с правками была норма о букмекерстве в 2-звездочных гостиницах и в отдельных помещениях.

- Вычеркнули 2 звезды совсем и отдельные залы для букмекеров тоже. Теперь букмекеры только в казино и только в гостиницах 3, 4, 5 звезд. Это был лоббизм Фаворита, они пытались давить. Но, по сути, наземная сетка не нужна никому, они все равно все в онлайне.

Для онлайн-казино и онлайн букмекеров предусмотрели лицензию стоимостью $200 000 и $1 миллион в год соответственно плюс налог с оборота.

- Это не утопичная идея? Как вы собираетесь контролировать оборот?

- Это общемировая практика и это очень легко. Онлайн-казино состоит из трех вещей: данные игроков, кошелек, контент. Данные хранить несложно, кошелек сопряжен с платежной системой, а контента своего нет ни у кого – это все софт мировых гигантов. Они работают прозрачно. Система строится таким образом, что контролирующий орган, допустим налоговая, видит общую сумму вложенных и выведенных игроками денег. Во всем мире так работает.

- В Украине не принято платить налоги, если онлайн-казино продолжат работать неофициально?

- Контроль через афилиатов. В законе прописано, что комиссия может обращаться в банк, и он может заблокировать счет. Это большой риск, бизнес сразу останавливается. Сегодня аффилиаты (те, кто рекомендует и приводит клиентов в казино) зарабатывают 70% всех денег. В Китае аффилиаты зарабатывают 90%. И если следить за аффилиатами, можно контролировать весь бизнес. Так работает весь мир. Поэтому гоняться за нелегальными мелкими бизнесами становится невыгодно. Мы ничего не придумываем, так работает весь мир.

- Существующие игроки опасаются, что конкуренция на рынке после принятия закона ужесточится, придут российские компании. Пару месяцев назад общались с PariMatch, им не сильно нравился ваш закон.

- Удивительно. Главные выгодополучатели этого закона – PariMatch и Фаворит. Их устроят любые прописанные в нем условия, даже лицензия за $100 млн. Фаворит и PariMatch в Украине контролируют более 70% рынка. И как только тут будет все легально, их, скорее всего, купят большие глобальные игроки. Именно поэтому они хотят легализации. Сначала они были недовольны, что их "узкий" закон о букмекерстве отложили, а делаем концепцию на весь игорный бизнес. Сейчас проблем нет.

- Как вы относитесь к норме о реестре игроков, которым будет ограничен доступ в казино и игорные залы?

- Это очень хорошая норма, мировая. Она очень хорошо сработала в Беларуси. В чем зло казино? В доступности. Нельзя чтобы автоматы были на каждом углу. Проблема регулируется идентификацией игрока и размером ставки. Если вход в казино $500, то работяга к тебе не придет, чтоб поставить последние деньги.

- Но тысячи таких работяг – это рынок для нелегальных казино...

- Всегда есть такой риск. Но ведь если соблазна на каждом шагу не будет, как раньше, то большинство людей не будут искать специальное укромное место с нелегальным залом. К тому же вводится жесткая ответственность за бездеятельность правоохранителей – если сотрудники полиции знает о нелегальном зале и ничего не предпринимает, то ему может грозить от 10 до 15 лет лишения свободы.

- К идентификации тоже много вопросов. К вам не придут играть публичные люди, которые не хотят афишировать свое увлечение.

- Почему? Реестр – не публичные данные. У нас действует закон о неразглашении персональных данных. Раскрытие этих данных – тюремных срок. Суть идентификации в том, чтобы не попадали в казино люди младше 21 года и те, кто сам добровольно решил себе ограничить доступ к азартным играм. Это жесткая норма для рынка. Беларусь благодаря такой норме теряет каждую неделю 100-200 игроков. Ну и не смогут попасть в зал неплательщики алиментов, например. Эту норму поддержали все депутаты сразу.

Но залы – это одно. А онлайн нельзя запретить никому. Можно только предложить правила игры через понятный и в меру жесткий контроль

- Норма о создании игорных зон осталась?

- Да. Это хорошее предложение для тех инвесторов, которые готовы построить целый комплекс из нескольких объектов, в рамках которого предусмотрена гостиница. Со своим проектом инвестор может подать заявку на рассмотрение Кабмина. И если его проект создает определенное количество рабочих мест, ничего не нарушает, инвестору разрешат построить возле гостиницы отдельное здание для казино. И это будет игорная зона.

- Желающие уже есть?

- Да. В Херсоне есть какие-то проекты, на лимане тоже. Но это все частности, исключения. Прописать каждый случай в законе невозможно. Локализация этих зон не регламентируется законом.

- Почему Кабмин, а не игорная комиссия принимает такое решение?

- Не знаю. Может, считают, что комиссия будет и так загружена текущими задачами.

- Дедлайны по принятию закона с Зеленским обсуждались?

- Да. Мы думаем, что закон будет принят в течение двух-трех недель. До конца мая. Уже некуда тянуть, и смысла нет – бюджету нужны поступления.

- Экономический эффект от принятия игорного закона будет каким?

- Это 3-5 млрд грн в год – минимум.

- А каков оборот каждого сегмента рынка, по вашим оценкам?

- Онлайн казино вместе с букмекерами – до $4 млрд в год. Один только PariMatch, думаю, $200 млн зарабатывает. Наземные Физическое казино – рулетки, столы блекджека – сложный бизнес с оборотом в в десятки миллионов долларов. Но казиношники при запуске рынка создадут несколько тысяч рабочих мест. Около 5 000 рабочих мест создадут в залах автоматов. Но суть закона – не получить все деньги, это больше история о контроле и доступе к рынку. Чтобы не было беспредела.

- Как быстро после принятия закона заработает рынок? Ведь нужно разработать лицензию, создать орган контроля на рынке…

- Я думаю, к концу лета мы уже продадим лицензии. Важно, чтобы Кабмин сейчас не медлил с созданием комиссии, нового органа.

- Вы говорите мы. Вас прочат в главы комиссии по надзору за игорным бизнесом. Собираетесь возглавить этот орган?

- Мне часто задают этот вопрос. Я честно отвечаю, что посвятить всю жизнь работе в комиссии не хочу – для меня это не так масштабно, мелко.

- Мелко… Зачем вы этим почти год занимаетесь?

- Но если бы вас пригласили в Офис Президента и спросили, можете ли вы отрегулировать рынок, который никто не мог легализовать 10 лет, вам бы это льстило, правда? Я хочу это сделать. И сделаю. Мы проделали с ОП и депутатами очень большую работу, сделали невозможное, и это приятно. Я хочу это внедрить. Мы создали закон, который будет работать автоматически. Там нет никакого субъективизма.

- Я правильно понимаю, что вы не будете подаваться на конкурс на главу игорной комиссии?

- Так как в некоторых депутатских правках ко второму чтению в законе это предложено, вполне возможно, что ни один украинец не сможет податься на эту должность. Но если серьезно - конечно я хотел бы возглавить комиссию и убедиться, что закон работает.

- Откуда оптимизм и срок до конца мая, 3500 правок можно рассматривать месяцами?

- Я думаю, будет не так. Все понимают, что возврат к прошлому невозможен. Мы отбились от людей, которые сопротивлялись, возврата к старой "квази лотерейной" системе не будет. Я уверен, что закон будет принят. Вообще нет никаких сомнений.

О ФОНДЕ, АМБИЦИЯХ И ИНВЕСТИЦИЯХ

- Замглавы ОП сказал, что вы работаете сейчас в Офисе Президента на волонтерских началах без зарплаты...

- Да, это правда. Моя "работа" тут должна была закончиться еще в октябре, если бы был принят игорный закон. Но затянулось. Игорку поставили на паузу. И когда началась история с коронавирусом, Кирилл Тимошенко попросил помочь с координационным советом.

Почти одновременно Джек Ма подарил Украине необходимые для тестирования реагенты, и мы занялись тем, чтобы их привезти из Китая.

- А каким образом ваш фонд Прайм стал распорядителем денег на борьбу с СOVID-19?

- Это было позднее. Помните, президент собрал крупный бизнес и попросил их помочь финансово преодолеть первую волну заболевания. Денег в бюджете не было, мы не понимали, что закупать, масок не было – их вывезли, средств защиты никаких вообще нет. Президент рассказал бизнесу, сколько всего нужно Минздраву. Больницы разбили на очереди – в первой линии было 284 медучреждения. И сказали: кто может, помогите.

Тогда же кто-то предложил купить экспресс-тесты. Логика была следующая: болезнь протекает 14 дней, так все думали. Предполагалось, что экспресс-тесты помогают диагностировать болезнь очень быстро. Нужны были 200 млн грн, все согласились скинуться. Но сразу возник вопрос, куда деньги отправлять? Спросили у Рината Леонидовича [Ахметова], можно ваш фонд использовать. Он сказал: я бы не хотел, чтобы там были деньги других.

- А Андрей Ставницер был не против дать свою Корпорацию монстров под копилку(УТОЧНЕНИЕ: Андрей Ставницер - член попечительского совета Корпорации Монстров, а не основатель фонда)?

- Ставницер был не против, при условии, что все будет честно-прозрачно. Название, конечно, не очень подходящее, некоторые бизнесмены сначала отказывались туда деньги отправлять, мол, что за монстры.

Как я сказал, изначально планировалось, что мы на эти деньги купим экспресс-тесты. Но мы их не купили. Первые пару коробок нам принесли сюда, мы их проверили, но гипотеза о моментальном выявлении инфицированных не сработала. Тесты не показали, что, например, у депутата Шахова коронавирус. План поменяли на ходу. Стали резко ускоряться в закупках костюмов, ПЦРов, амплификаторов, искали по всему миру щитки, респираторы, чтобы успеть сделать хоть что-то до пика эпидемии.

Занимались организацией доставок, координацией помощи бизнеса. АТБ купили амплификаторы, сильпошники – реагенты, Джека Ма попросили помочь купить 100 000 ПЦРов. Фонд Новинского оперативно купил еще 100 000 тестов в Корее. Скажу не хвастаясь, все что сейчас есть в больницах для борьбы с коронавирусом так или иначе прошло через наш штаб в Офисе президента.

- А как от Корпорации монстров все перешло в ваш фонд Прайм?

- Через них стало сложно работать. КМ – это отдельный большой фонд в Одессе, у них куча локальных проектов. У нас закупки на десятки миллионов в день. Это тонны документов. Находясь в разных городах это сложно координировать, мы постоянно отставали от намеченного плана на несколько дней. Катя Ножевникова, которая руководит фондом, ездила сюда каждые три дня. Она физически очень устала. Всем работникам фонда Корпорации Монстров надо медали выдать или искренне поблагодарить! И мы стали искать другое решение. Оказалось, проще всего сделать новый фонд и перекинуть остатки из КМ в Прайм. Теперь я все документы подписываю, у нас рядом склад, все идет быстрее. Последнее распределение материалов на 24 области мы обеспечили за 24 часа.

- Но наполняемость вашего фонда – это деньги тех людей, которые сидели за столом с президентом?

- В большинстве своем, да. Мы получили остаток около 20 млн грн от КМ, сейчас компания Vodafone перевела нам 28 млн грн, и АТБ нам дали 10 млн грн.

- Чем дальше будет заниматься фонд?

- Пока мы все сделали, все контракты свои позакрывали. Фонд был критически нужен, пока не был принят новый бюджет, и у государства не было денег ни на что. Бюджет принят: мы встречались с главой Минздрава Максимом Степановым и с главным санврачом Виктором Ляшко, они сказали, что все готовы обеспечить сами. Последние поставки костюмов приехали. А сейчас МОЗ должен сам этим заниматься.

- Что-то у МОЗа не очень получается купить защитные костюмы.

- Это уже не к нам, нас немного обидели. Но мы отчитались перед всеми, у нас лежат толстые папки отчетов для всех.

Вот вы с президентом сколько раз виделись? А меня он даже узнает. И мне это приятно

- Сколько времени вы готовы посвятить волонтерству в стенах ОП?

- Пока не выгонят.

- В чем ваш интерес ходить сюда как на работу?

- Если хотите – это высшая ступень эго и тщеславия. Вот вы с президентом сколько раз виделись? А меня он даже узнает. И мне это приятно.

- Но ведь это не кормит. Вы собираетесь как-то монетизировать свое пребывание тут?

- Я не бедный человек, могу себе позволить. Знаете, в чем разница между мной и многими людьми? Я всю свою сознательную жизнь создаю. А создавать в бизнесе не каждый может. Украсть – не сложно. А вот создать! Я создавал огромный бизнес, который заработал для акционеров $2 млрд за 10 лет. Мы создали одну из крупнейших управляющих компаний, которая контролировала 30% дистрибуции электричества.

- Планируете что-то еще создавать?

- Мне нравится в системе работать.

- Даже в украинской?

- Да, мне нравятся сложные вещи. Я из корпоративного мира. И только два месяца посвящаю каким-то волонтерским делам. Мне это нравится. Игорка была моим трамплином, я доказал самому себе, что могу решить очень сложную задачу.

- И не на какую должность во власти сейчас не претендуете?

- Зачем? Меня интересует эта система, не власть. Президент, например, говорит очень много классных вещей. В частности, об инвестиционной няне. Его понимают не все. А я вижу смысл в этой инвестняне. Когда люди готовы вкладывать миллиарды, а чиновники и депутаты не понимают, как это работает, то решить задачу привлечения инвестиции невозможно. А я знаю, как соединить бизнес и государство. Нам реально предлагают сотни миллиардов инвестиций, но инвесторы отказываются, потому что с ними непрофессионально разговаривают. У меня есть проекты, письма подписаны Эрдоганом (президентом Турции), Макроном (президентом Франции), шейхами арабскими. А там есть деньги. И я хочу помочь с этим, и знаю, как сделать, чтобы это было эффективно.

- То есть инвестиции – это ваш следующий горизонт?

- Именно инвестиционная няня. Это гениальная идея. И такие люди как я, могут ее воплотить. Потому что доверия к эффективности депутатов и чиновников нет.

- Чем няня отличается от инвестсовета или офиса привлечения инвестиций?

- Тем, что мы привезли 25 самолетов с тестами и средствами защиты, а МОЗ – пока нет.

Мария Бровинская
Мария Бровинская
журналист Liga.net
Борис Давиденко
Борис Давиденко
главный редактор LIGA.net
Если Вы заметили орфографическую ошибку, выделите её мышью и нажмите Ctrl+Enter.

Комментарии

Последние новости