Газ | Зеленский, газовый хаб и Рик Перри. Интервью с будущим поставщиком газа из США в Украину

Зеленский, газовый хаб и Рик Перри. Интервью с будущим поставщиком газа из США в Украину - Фото
Вадимир Зеленский и Рик Перри (фото: пресс-служба Офиса президента)
15.06.2020, 08:38

Американская компания Louisiana Natural Gas Exports планирует поставлять в Украину сжиженный газ. Кто за ней стоит?

27 мая Кабинет министров одобрил проект меморандума о сотрудничестве с малоизвестной компанией из США Louisiana Natural Gas Exports (LNGE). Американская компания планирует поставлять в Украину через территорию Польши следующие 20 лет около 5,5 млрд кубометров сжиженного газа в год. 

Теоретически от потенциального соглашения может выиграть каждая из сторон. Например, Украине оно даст возможность создать на базе собственных подземных газовых хранилищ (ПХГ) полноценный газовый хаб, получив альтернативу газа из Европы и России.

Для США сделка имеет геополитический характер. Она не только обеспечит для LNGE постоянный рынок сбыта, но и укрепит позиции американских компаний на европейском рынке газа, за который они конкурируют с Россией и Катаром.

В истории есть белые пятна. Во-первых, не до конца понятно, как LNGE без конкурса оказалась в числе потенциальных партнеров Украины. Во-вторых, не ясно, чем компания владеет в США и способна ли выполнять взятые на себя обязательства. В LNGE свои активы попросту не раскрывают.

Что представляет из себя Louisiana Natural Gas Exports, кто ее акционеры и каким было участие в меморандуме экс-министра энергетики США Рика Перри и Владимира Зеленского. Об этом в интервью LIGA.net рассказал генеральный директор LNGE Бен Бланшет.

О внешней политике США, акционерах и опыте в Украине

- В мае Кабинет министров одобрил проект меморандума о сотрудничестве с вашей компанией. Но в Украине о ней мало что известно, кроме того, что Louisiana Natural Gas Exports (LNGE) была основана в июле 2018 года в оффшорном штате Делавер. Расскажите о ней: чем владеет, какую долю на рынке в добычи газа занимаете, кто акционер?

- Во-первых, я бы не называл Делавер оффшорным штатом. В Делавере зарегистрирована большая часть американских компаний, но не столько из-за налогов, как из-за их корпоративного права, которое упрощает ведение бизнеса. 

LNGE основала группа предпринимателей, которая работает вместе с 1970-х годов. Я к ним присоединился в середине 80-х. Мы создаем бизнес под те возможности в мире, что мы видим. И формируем капитал в зависимости от проекта. Могу сказать точно: среди наших инвесторов нет ни олигархов, ни россиян, ни китайцев.

Мы создали LNGE, чтобы транспортировать и экспортировать газ из США в другие страны, пока стоимость на СПГ низкая. Мы изучаем возможность экспорта газа в разные регионы. Но первое, на что мы обращаем внимание – нуждается ли эта страна в этом газе. Также смотрим, соответствуют ли эти поставки внешней политике США. 

- Внешняя политика США и стала фактором выбора Украины для поставок?

- Мы хотим работать при поддержке правительства США. Украина исторически сильно зависит от поставок газа из России. Часть того газа, который идет из РФ транзитом через Украину в Европу, все равно возвращается в Украину. А поставки напрямую зависят от цены – Киев и Москва неоднократно спорили на этот счет. 

Когда мы увидели, что в начале сентября 2019 года США, Украина и Польша подписали меморандум об экспорте американского сжиженного газа, мы поняли, что для Украины наши планы могут быть интересны. С тех пор мы детально обсуждаем будущий проект. 

- Вы сказали, что рассматриваете возможность транспортировать газ в разные регионы. Кто еще, кроме Украины, может стать вашим газовым партнером?

- Мы рассматриваем несколько стран Азии. Но не Китай, потому сейчас между США и Китаем сложные политические взаимоотношения и это будет нецелесообразно. Также мы рассматривает в качестве партнеров страны Европы. 

Украину и Польшу мы выбрали из-за давнего конфликта Украины с Газпромом. Мы понимаем, что этот проект может столкнуться с трудностями, так как некоторые игроки с укоренившимися интересами в этих странах могут выступать в роли оппозиции. Мы это понимаем, но нас это не пугает. 

У наших партнеров уже есть опыт работы в странах бывшего Советского Союза. И даже в Украине у нас был опыт. Мы были первыми, кто вложился в компанию JKX, но потом продали свою долю в 1995 году, после выхода компании на лондонскую биржу. Это был один из успешных наших проектов в Украине, но сейчас мы к нему не имеем никакого отношения. 

Бен Бланшет (фото: LNGE)

- Давайте вернемся к компании. Согласно реестру комиссии по ценным бумагам США, основателем LNGE является Уильям Миллер. Вы числитесь генеральным директором нескольких его компаний, включая Global Energy Megatrend. LNGE и Global Energy Megatrend – это ваш общий бизнес? Или Миллер – главный инвестор, а вы – управляющий директор?

- Я соакционер этих компаний. Global Energy Megatrend – компания, в которую инвестируют наши партнеры, а LNGE – наша операционная компания, которая создает проекты в отрасли СПГ и полностью принадлежит Global Energy Megatrend. 

- У вас есть доля в компании Miller Thomson & Partners LLC, где вы главный исполнительный директор? 

- Мне принадлежала доля в этой компании, но я из нее вышел. 

- Ваш проект - большая политическая сделка с Украиной. Кто еще кроме вас и Миллера входит в состав акционеров Global Energy Megatrend? По нашей информации, среди ваших бизнес-партнеров может быть Роберт Бенш - акционер нефтегазовой компании Cub Energy с активами в Украине. В Украине с ним связано несколько историй. Он занимает руководящую должность в Global Energy Megatrend Europe (GEM). 

- На сегодняшний день он не входит в число акционеров. Бенш возглавляет компанию Global Energy Megatrend Europe – это один из подразделений GEM. Но ни Global Energy Megatrend, ни LNGE он не владеет.

О меморандуме, "мошенничестве" и партнерстве с Нафтогазом

- Что предполагает меморандум? 

- Меморандум – рамочное соглашение, которое устанавливает фундамент для дальнейших переговоров. То есть он еще не является прямым обязательством.

Далее мы должны провести техническую работу, обсудив все детали. Сейчас мы обсуждаем возможность поставки газа в Украину в течение 20 лет через польский СПГ терминал. Для этого мы планируем вложить около $300 млн в строительство интерконнектора на границе Польши с Украиной. Это приблизительная цифра, точнее мы сможем сказать, когда уже начнем строительство. 

Объемы поставок – в районе 5,5 млрд кубометров газа в год. Стоимость газа сформируется в результате переговоров, а впоследствии Украина сможет проверить эту цену аудитом. 

- Что вы имеете в виду? То есть у вашего газа будет политическая цена, которую потом вы подтвердите аудитом? 

- Нет. Я имел в виду, что мы еще не договорились о цене – это будет предметом для обсуждения. Мы предлагаем привязать цену на наш газ к котировкам на Henry Hub в Луизиане. Это самый прозрачный и ликвидный газовый рынок в США. 

Цена на хабе будет точкой отсчета, к которой мы добавим стоимость транспортировки, сжижения и разжижения. Также в нее будет заложена маржа и ставка возвращения капитала. 

Это должна быть рыночная, а не политическая цена, которая должна пройти аудит, чтобы Украина платила справедливую и рыночную цену на газ. Так американские компании работают со всеми клиентами. 

Но если на рынке будет недостаточный объем газа, наша цена будет более привлекательной, чем для других игроков. 

- То есть ниже, чем для других?

- Прежде, чем предлагать контракт, мы изучили, насколько цена на американский газ будет отличаться от цены по спотовым контрактам в Европе. В среднем, за предыдущие 10 лет, цена по нашей формуле была ниже, чем в Европе. И в будущем прогнозируется аналогичная ситуация. Это выгодно для украинского потребителя, потому что в Европе стоимость газа будет постепенно расти. 

Это сейчас из-за теплой зимы, кризисных обстоятельств, остановок поставок в Китай и заполненных подземных хранилищ цена на газ в Европе низкая. Но если посмотреть на форвардный рынок газа, начиная с 2023 года, на хабе TFF стоимость газа будет постепенно увеличиваться. При таких обстоятельствах наш газ будет стоить, в среднем, ниже. 

Это выгодно для Украины – ее экономики и энергетической безопасности, так как у нее появится надежный источник газа. 

- Можете объяснить, зачем строить интерконнектор, если Украина уже сейчас может делать виртуальный реверс газа из Польши?   

- Виртуальный реверс работает только до тех пор, пока Россия продолжает транспортировать газ в другие страны через Украину. Если Россия прекратит использовать украинскую ГТС, то этот виртуальный реверс станет невозможным. Все импортируемые объемы газа должны будут поставляться из третьих стран в Украину через физические интерконнекторы. 

По нашим подсчетам, существующей мощности газопровода, соединяющего Польшу и Украину, недостаточно. 

Мы считаем, что Украина сильно выиграет от более тесной интеграции в европейский рынок газа, где существует большой спрос на услуги газохранилищ. Чем более развита газотранспортная система, соединяющая Украину со странами Восточной Европы, тем более востребованы будут украинские ПХГ, и тем проще Украине будет поставлять газ из соседних стран. 

Виртуальный реверс работает только до тех пор, пока Россия продолжает транспортировать газ в другие страны через Украину

- Что должна сделать Украина со своей стороны для реализации этого проекта?

- Мы готовы полностью взять на себя финансирование инфраструктурной части проекта. Украина также сможет сделать свой финансовый вклад, если пожелает. 

Конечно же, от украинской стороны мы ожидаем полного содействия в получении необходимых разрешений, подключения к существующей ГТС и других важных технических моментах.

Мы также рассчитываем на поддержку в переговорах с Польшей, предметом которых будет польская часть инфраструктуры. 

- Что Польша должна сделать со своей стороны: модернизировать СПГ терминал, обновить подстанции?

- Как только мы подпишем меморандум о сотрудничестве с Украиной, сразу же начнем переговоры с Польшей. Мы планируем проинвестировать в расширение регазификационных мощностей и короткой части газопровода на польской стороне. 

В рамках этого проекта мы берем на себя обязательство построить необходимую инфраструктуру в Польше и обеспечить ее финансирование. 

LNG-терминал в Польше (фото: depositphotos.com)

- Вы сказали, что меморандум – фундамент для дальнейших переговоров. Когда, по вашим ожиданиям, дело может дойти до полноценной сделки?

- Мы заинтересованы, чтобы этот проект продвигался как можно быстрее. Мне кажется, этой же позиции придерживается и украинская сторона. 

Возможно, сделка будет подписана или в конце этого года или чуть раньше. Все зависит от того, как себя поведет правительство Украины. 

- Вспышка коронавируса может повлиять на планы и на сроки реализации проекта? 

- Для этого нет никаких причин. Единственная преграда – остановка авиасообщения. Это может задержать подписание сделки на несколько недель максимум. 

- Проектная версия меморандума предполагала, что в этом проекте будет доля украинской компании – либо Нафтогаза либо Магистральных газопроводов Украины, а LNGE будет основным акционером, контролирующим добычу газа и поставки в ЕС. Этот пункт остался в меморандуме?

- Да, это предложение все еще в силе. Если украинские компании захотят с нами сотрудничать на таких условиях – мы готовы. 

- Правда, что Нафтогаз отказался с вами сотрудничать, так как вы не прошли его проверку?

- Мы не получали от Нафтогаза запросов на информацию. Нафтогаз и Магистральные газопроводы Украины участвовали в наших встречах с Министерством энергетики Украины. Это было в феврале-марте 2020 года, но отдельных переговоров мы не проводили. 

- В последнее время в украинских СМИ появилась информация, что вашего партнера Уильяма Миллера судили за мошенничество. Это правда?

- С радостью это прокомментирую. Но начну с того, что все это время мы работаем со многими компаниями, в том числе с китайской корпорацией China National Petroleum и американскими и европейскими банками. У нас никогда не было из-за этого никаких проблем. 

- Значит, правда?

- Все началось с расследования Федерального правительства в середине 80-х, которое касалась губернатора Луизианы. Губернатором был демократ, тогда как Федеральное правительство на тот момент возглавляли республиканцы. Расследование было очень широким – "федералы" опросили около 150 человек, включая господина Миллера и его бизнес-партнера на тот момент Уильяма Халса, который был близким к этому губернатору.

Изначально Миллеру сказали, что он не фигурант расследования, а свидетель. Но потом следователи решили предъявить обвинения к Халсу и Миллеру, чтобы заставить его, таким образом, свидетельствовать против губернатора. 

Их осудили по двум статьям – мошенничество с использованием почты и сговор с целью мошенничества с использованием почты. Но Миллер и Холс подали апелляцию и в 1988 году Пятый апелляционный суд США (предыдущая инстанция перед Верховным Судом) отменил приговор из-за отсутствия состава преступления. 

Второе дело против Миллера открыли уже после апелляции. Фактически оно было продолжением того же дела, которое суд закрыл. Но и его суд закрыл, постановив, что открытое дело - политическая месть. Так, с Миллера и Холса были сняты все обвинения.  

Все судебные процессы длились около шести-восьми лет и стоили Миллеру миллионы долларов на услуги юристов. Но, в конце концов, государство сняло все обвинения. 

- Как вы уже сказали: нынешний вариант меморандума предполагает, что вы будет поставлять газ в Украине через польские терминалы в Свиноуйсьце. Планируете в будущем диверсифицировать маршруты поставок, построив, например, в Украине собственный СПГ-терминал. 

- Если бы это было возможно, конечно, мы бы это сделали. Но на сегодня строительство СПГ-терминала невозможно из-за позиции Турции. Она не разрешает танкерам с СПГ проходить через пролив Босфор в Черное море. 

Строительство в Украине терминала для регазификации сжиженного газа – идеальный вариант. Но из-за позиции Турции он пока невозможен. 

Об общении с Риком Перри, "связях" с Джулиани и разговоре с Зеленским

- Очевидно, что подобные газовые проекты невозможно реализовать без политической помощи. Специально для реализации газопровода Северный поток-2 Россия привлекла 5 европейских компаний и правительство Германии. А США, организовав поставки газа в Украину, хочет увеличить объемы поставок в Европу. Чьей поддержкой из политических сил США и Украина вы заручились?

- С моей точки зрения, у США и Украины общие интересы – наладить государственную политику в поставках газа. Так сложилось, что наш проект полностью соответствует этой политике. 

В США мы обсуждаем этот проекте с Госдепартаментом, Департаментом энергетики и Департаментом коммерции. Разговоры идут на уровне кадровых сотрудников: мы им объясняем, как он будет работать и почему он соответствует стратегии США. 

Аналогичный разговор у нас был с бывшим министром энергетики Украины Алексеем Оржелем и его командой, а также с президентом Зеленским. С президентом мы говорили около 45 минут. 

- Что вам сказал президент?

- Обсуждая этот проект, мы пытались объяснить президенту и министру, что Украина все еще сильно зависима от российского газа, особенно от его транзита. Если он остановится, у Украины могут возникнуть большие проблемы, так как виртуальный реверс не сможет работать. Наш проект – долгосрочный и перспективный для Украины. 

Мы это пытались донести до украинского правительства, и мне кажется, оно нас услышало и поддержало. 

- То есть ему эта идея понравилась?

- Он посодействовал нашей встрече с Министерством энергетики Украины. Мне показалось, что он одобрил этот проект, но я не могу утверждать от его имени. 


Фото: вице-президент США Майк Пенс, Игорь Фруман и Лев Парнас, Дональд Трамп, Рудольф Джулиани

- Какую роль в продвижения этого проекта сыграл бывший министр энергетики США Рик Перри и адвокат президента США Рудольф Джулиани? Американские СМИ писали, что Перри в начале прошлого года встречался с Робертом Беншем, обсудив с ним варианты улучшения энергетической безопасности Украины. После этого Перри, приехав в Украину, рекомендовал назначить Бенша в наблюдательный совет Нафтогаза. При этом близкие люди к Джулиани – Лев Парнас и Игорь Фруман во время личных встреч с бывшим топ-менеджером Нафтогаза Андреем Фаворовым, предлагали ему заключить сделку с некой компанией на поставку СПГ из США. Наш собеседник, знакомый с темой их переговоров, утверждает, что речь шла именно о LNGE. Это правда?

- Во-первых, господин Джулиани не имеет никакого отношения к этому проекту. Во-вторых, я встречался с экс-министром Перри всего один раз – в Варшаве на круглом столе за день до подписания трехстороннего газового меморандума между Украиной, Польшей и США. В этом заседании участвовали около 12 компаний, и длилось оно около часа.

- С Парнасом и Фруманом вы знакомы? 

- Я их не знаю, никогда с ними не встречался и не знаю, кто бы их знал. 

- С Риком Перри вы обсуждали этот проект?

- Мой разговор с Перри касался транзита газа [из США] через Польшу [в Украину]. Но к тому моменту мы еще даже не придумали, как мы это хотим сделать и ни с кем из Украины этот проект не обсуждали. 

Для нас очень важна поддержка правительства США, и конечно, если бы господин Перри остался министром, мы бы с ним обсуждали этот проект. Даже сейчас мы добиваемся поддержки со стороны Министерства энергетики США. 

Считаю, что как только этот проект наберет форму, его точно поддержит американское правительство. Также мы рассчитываем на поддержку со стороны Украины. Но хочу подчеркнуть: для нас это не политический проект, а экономический.

Богдан Заика
Богдан Заика
корреспондент
Если Вы заметили орфографическую ошибку, выделите её мышью и нажмите Ctrl+Enter.

Комментарии

Последние новости