Основатель банка Аваль, Яготинского и Оберига: "Не люблю большие доли в больших бизнесах"

13.07.2020, 16:00
Основатель банка Аваль, Яготинского и Оберига:
Александр Деркач. Фото - скриншот Fedoriv Vlog

Банк на миллиард, $100 млн в молоко и фондовый рынок - для лохов. Главное из беседы Александра Деркача с Андреем Федоривым

Совладелец Яготинского, клиники Обериг, экс-банкир Александр Деркач принципиально не дает интервью журналистам. Он много пишет в Facebook и говорит, что такой коммуникации ему более чем достаточно. Впервые за 15 лет Деркач согласился дать интервью не СМИ, а предпринимателю и маркетологу, основателю креативной инвесткомпании Fedoriv Group Андрею Федориву. 

LIGA.net выбрала самое интересное из беседы.

О старте бизнеса

В 91 году после путча все было ясно, я для себя решил, что через месяц-два надо искать какую-то работу. В феврале 1992 года оставил свою должность в обкоме комсомола. У меня ничего не было за душой. Помню, было $200, был какой-то костюм, двухкомнатная квартира на Мечникова не до конца отремонтированная, и в общем-то никаких перспектив. Но я был абсолютно уверен: все получится. Мне было 32 года.

Поле обкома комсомола меня пригласили работать в какую-то маленькую компанию, но я быстро понял, что это не мое. В качестве первой зарплаты получил двое часов, продал их на центральном рынке, потому что денег не было, получил рублей 40 за них. 

Потом сходил в Верховную Раду, меня звали в аппарат. Прошел по этажу, понял, что это вообще не мое. Думал: пойду кока-колой торговать. 

А потом мой товарищ по жизни, партнер, Федор Шпиг, который недавно погиб, начал создавать банк и пригласил меня в банк. Но для меня слово банк тогда звучало абсолютно абстрактно. Я в банке ни разу не был. 

О создании банка

Я не думал быть банкиром. Пришел к Шпигу. он сидит в банке, работает начальником департамента, девушки красивые вокруг него, офис, компьютеры, календари висят, ручки-маркеры. Я никогда в жизни такого не видел. Давай, говорит, банк создавать. Какой банк? Я ж ничего не знал. На следующий день у меня был день рождения, и Федор сказал: я к тебе приду, поздравлю, поговорим. Поговорили, я сказал: если ты в меня веришь, я буду делать все, чтобы справиться. Но я не мог давать какие-то гарантии. А вдруг у меня не получится? Он заверил: я тебя знаю, получится. Сядешь и будешь работать. Нас было 10 человек. И мы проработали вместе 14 лет. А потом еще 14 - в другом бизнесе. 

Мы все были наемными менеджерами, банк создал Пенсионный фонд, Госстрах, тогда все такие банки были. Cергей ТигипкоАлександр Шлапак так же до банковской деятельности работали в обкоме комсомола. Мы все были одного возраста и примерно одного образования. Специального образования не было ни у кого. Мне выдали переводную книжку о том, что такое банк, я начал добросовестно читать. И сделал для себя простой и правильный вывод: банк - это математика.

Я сделал для себя простой и правильный вывод: банк - это математика

О турборешениях  90-х

В 90-е годы у всех банков была одна проблема - найти деньги. Потому что деньги были только у клиентов, и то не у всех, и у старых банков. Я помню, как я ходил по старым банкам среди тетушек, которые варили картошку на электрических плитках, и просил у них деньги.

О первой зарплате в банке

Моя первая зарплата в банке была около $1000, для меня это были колоссальные деньги. Тогда мама сказала: Саша, тебя посадят.

Но банк - это классная вещь. Чем бы я не занимался до и после него, именно банк - это школа. Я там получал кайф. 

О продаже банка

В 2005 году, когда мы продали банк, у нас работало уже тысяч 16 людей, 1500 отделений, 600 000 корпоративных клиентов, 3 млн частных счетов. У нас и у Привата активы были порядка $3 млрд.

У нас среди акционеров был практически весь коллектив. Каждый третий директор дирекции, который начинал с нами работать, после продажи стал долларовым миллионером. Сумма сделки был $1 млрд.

Подготовка к сделке длилась  4-5 месяцев, а закрыли мы ее за два дня. Мы всю ночь дописывали договор, все собственники, юристы. В 7 утра мы пожали друг другу руки, поехали домой сменить рубашки, а в 10 вернулись, подписали договоры и закрыли сделку.

Каждый третий директор дирекции, который начинал с нами работать, после продажи банка стал долларовым миллионером

О бизнесе после банка

Raiffeisen купил только банк. А на банке еще висели активы. Висела земля, наверное, тысяч 50, гектаров, акции молочных заводов, еще куча какого-то мусора. Это все сгрузили на нас. Мы сразу решили, что землей заниматься не будем, сразу ее кому-то продали за бесценок. А с заводами решили поработать. 

Года через два мы поняли, что те технологии и оборудование, на которых они работают, и продукция, которую они выпускают, - это путь в никуда. 

Мы сели и приняли авантюрное решение идти в продукты. Так решили двигать молочку на Яготинском заводе. Но [в Украине] тогда уже был Danone, Вим-Билль-Дан, а мы были нулем. А через девять лет обошли и Danone, и Вим-Билль-Дан. Я думаю, что на Яготин миллионов $100 мы потратили. Плюс мы развивали Золотоношу, Пирятин, Баштанку. Но Яготин - наша жемчужина, мы ею гордимся, нам не стыдно за эту продукцию, мы ее делаем для себя. 

О решениях в бизнесе 

Я по сути своей, наверное, больше банкир. Всегда больше вижу риски, чем возможности. Когда мы перестали быть банкирами и стали производственниками, сложно было пройти эту грань. Я не люблю в больших бизнесах иметь большие доли. Мне гораздо более интересно иметь по 10% в 10 бизнесах, чем по 50% в двух. Это диверсификация рисков. У нас все так и диверсифицировано. Мне нравится розница, когда простой человек с улицы покупает твой продукт за живую копейку. Это самый сложный бизнес, хотя он и кажется простым, но самый перспективный. 

О фондовом рынке

После продажи банка я долго занимался рынком акций и долговых обязательств на западе - инвестировал, продавал, покупал. Я потратил пять лет на работу с акциями, но ничего не заработал и ничего не проиграл, что бывает крайне редко в этом бизнесе. Это был пробел, я не знал, как работает этот рынок. Теперь я прекрасно понимаю, как это работает, куда рынок движется. Это была гимнастика для ума, у меня не было иллюзий по поводу этого рынка, это был способ занять себя. Я инвестировал 5% своего состояния. Когда я понял, как она работает, я из него просто ушел, потому что это карточная игра. 

Если завтра рынок упадет на 20%, купите Apple, Google, Amazon, Microsoft и Facebook еще, вот эти пять компанию надо купить и забыть на 10 лет. А выходить, когда деньги надо. Это рынок, на котором инвестбанки и инвесткомпании зарабатывают на лохах. 

Фондовый рынок - это рынок, на котором инвестбанки и инвесткомпании зарабатывают на лохах

Секрет успеха

Я с незнакомыми людьми бизнес не делаю. Я участвую только в бизнесах, в которых люди участвуют деньгами. В бизнесе очень важна база, на которой строятся твои отношения. Первое и самое главное - это доверие. Второе - нужно видеть главное и второстепенное, прощать уметь ошибки. Третье - каждый должен тянуть свою лямку и делать все для бизнеса.

Мария Бровинская
Мария Бровинская
журналист Liga.net
Если Вы заметили орфографическую ошибку, выделите её мышью и нажмите Ctrl+Enter.
Вакансии
Больше вакансий
New business manager / New business director
Киев Ketchup Loyalty Eastern Europe
Керівник складу IT
Киев ЛІГА, Група компаній
Системний адміністратор (DevOps)
Киев ЛІГА, Група компаній
Разместить вакансию

Комментарии

Последние новости

Партнерский проектКак выжить организаторам квестов, когда ивент-индустрия в коме